вторник, 29 декабря 2009 г.

Подземелье ведьм


Здесь мало что добавлено к опубликованным в "Советском экране" снимкам, разве что компоновка моя.   

Аэлита


   В советское время я увлекалась фотомонтажами. Брались журналы, ножницы и клей и создавалась композиция. Сегодня, когда в Фотошопе возможно сделать все, я, тем не менее, решила привести в порядок старые работы. Две из них хочу предстваить здесь.

четверг, 24 декабря 2009 г.

Алина Болото "Жемчужина" рассказ

- Надька вернись!
- Дед, я опаздываю!
- Вернись, кому я сказал, микитка!
Надежда нехотя закрыла дверь и вернулась в комнату. Если дело дошло до «микитки», дед может применить репрессии и не дать денег.
«Микитка» в семейном фольклоре возник после того, как пятилетней Наденьке прочитали поэму «лис Микита». Вначале «микиткой» Наденька обозвала увиденную в телевизоре лису Алису, потом ею стал лисенок из американского мультфильма, а потом «микитками» почему-то оказалось большинство сказочных злодеев. В конце концов, в минуты «злодейских» поступков миктикою стала сама Надежда.
- Ты куда навострилась, вертихвостка, к своему шизику?
- Он не шизик, деда, - уныло возразила Надежда, - он – изобретатель!
Иван Сергеевич посмотрел на внучку поверх спущенных на самый кончик носа очков.
- Изобретатели, к твоему сведению, дорогая, в драных джинсах не ходят! У них капиталы в швейцарских банках и виллы на Багамах!
- Чо ты хочешь, деда? – прервала Надежда родственника. Измышления о жизни изобретателей ей почему-то не понравились.
- Карточку я куда-то засунул!
- Вот новость! – сердито хмыкнула Надежда. Иван Сергеевич хронически что-нибудь терял: очки, расческу или пропуск. Поскольку полковник Антип работал в серьезном учреждении, куда без пропуска не пускали, этот документ в квартире искали чаще всего. Потеря же карточки «Паць-банка» грозила задержкой в получении дедовых пенсии и зарплаты, поэтому Надежда проявила чуть больше участия, чем обычно.
- Когда ты ее видел в последний раз? – спросила она деловым тоном и окинула взглядом книжные полки. Дед имел привычку самые ценные документы прятать в книги, а поскольку библиотека в доме Антипа занимала несколько книжных стеллажей от пола до потолка, эта пропажа могла стать проблемой.
- Когда в последний раз деньги получал, тогда и видел!
Надежда тяжело вздохнула, еще раз осмотрела книжные полки, вынула из кармана мобильник и нажала кнопку.
- Стас, ты где? Поднимись к нам!
Звонок в дверь раздался минут через пять, из чего следовало, что гнусный изобретатель ожидал внучку у подъезда. Несмотря на нелестные отзывы Иван Сергеевича, одет был ухажор Надежды не так уж плохо, хотя на владельца виллы на Багамах все-таки похож не был.
- Здравствуйте! – вежливо поздоровался враг. – Надь, ты долго?
- Зависит от тебя! – мрачно ответила Надежда. – Дед пластиковую карточку потерял!
- Карманы проверяли? – деловито поинтересовался Стас.
Иван Сергеевич насупился: ему показалось, что парень над ним издевается. Он только хотел сказать колкость, как Стас сунул руку во внутренний карман куртки, вынул нечто напоминающее большие наушники и нацепил на голову.
- Надь, куда здесь можно пройти, чтоб без катаклизмов?
- В ванную иди, там кафель!
По тому, как парень безошибочно нашел дверь ванной, Иван Сергеевич заподозрил, что гость здесь не в первый раз. За дверью что-то громыхнуло, и явственно потянуло сквозняком. Иван Сергеевич насторожился. Он даже вернул очки обратно на переносицу, и хотел подойти к двери, чтобы разобраться с визитером, но тут дверь распахнулась. На пороге появился заиндевевший Стас.
- Ваша карточка лежит на четвертой снизу полке в словаре иностранных слов.
Стас еще не договорил фразу, как Иван Сергеевич вспомнил! Он вспомнил, что решил часть денег оставить на карточке, а, чтобы избежать искушения, спрятать пластиковую вещь как можно дальше и от себя и от внучки!
Иван Сергеевич сделал стремительный шаг вперед, схватил изобретателя за руку, заломил ее за спину, втолкнул парня в ванную, захлопнул дверь и задвинул щеколду.
- Деда, ты что?! – завопила Надежда.
На кого работаешь, гад?! – выдохнул старый полковник в ухо скорчившемуся от боли парню.
- Безработный я! – простонал Стас.
- А видеокамеры с «жучками» для кого ставил?!
- Какие видеокамеры?!
- Которыми меня снимал, как я на стеллаж лезу?!
В дверь барабанила испуганная Надежда. В ванной было полутемно, но и в слабом свете маленького оконца под потолком Иван Сергеевич видел лицо своего обидчика: искаженное болью и недоумением.
- Не ставил я никаких камер!
Иван Сергеевич сорвал с веревки полотенце, сделал на конце петлю и набросил на кисть преступника. Вторая рука оказалась примотана к первой через несколько секунд. Иван Сергеевич развернул Стаса лицом к себе и толкнул на ванну. Тот рухнул назад, с размаху стукнувшись затылком о стену…. Наушники слетели с головы, а Стас оказался заваленным в ванну с нелепо торчащими из нее ногами.
Иван Сергеевич, тяжело дыша, навис над беспомощным врагом.
- На кого работаешь, гад?! – повторил он свой вопрос.
- Да вы что, деда Ваня! – заплакал Стас. – Я не делал ничего!
- Для кого следил за мной?
- Я не следил, чес-сное слово, не следил?! Изобретатель я! Я сделал такую штуку, что можно время назад открутить и увидеть, что было!
Иван Сергеевич замахнулся было, но в последний миг отвел удар, увидев по-детски зажмуренные глаза. Полковник присел на край ванны и заговорил короткими жесткими фразами.
- Если не скажешь мне, скажешь в управлении! Поверь, тебе же будет лучше, если скажешь мне. Кто тебя на меня навел? Кто тебе сказал про вагоны?
-Я не знаю ничего ни про какие вагоны, деда Ваня!
Надежда колотила в дверь и плакала:
- Дед, не убивай его! Дед, я его брошу, только не убивай его!
Иван Сергеевич прижал руку к груди: сердце закололо. Машинально вытащил из кармана стеклянную трубочку, вынул и бросил в рот таблетку. Сделал вдох-выдох и попытался говорить спокойно.
- Хорошо, скажи мне, где видеокамеры!
Стас тоже сделал вдох-выдох, наклонился, попробовал вытереть о куртку слезы на щеках, поморщился от боли в затылке.
- Нету никаких видеокамер, Иван Сергеевич! Я действительно сделал изобретение. Выньте меня отсюда, и я вам расскажу что угодно из вашего давнего прошлого!
Старый полковник открутил кран, зачерпнул в ладонь холодной воды, плеснул себе на затылок, растер. Стас молча следил за движениями старика, ожидая свой приговор.
Наконец Иван Сергеевич встал, рывком вытянул пленника из ванной, поставил на ноги и сказал, глядя на него в упор.
- Ну что же, гость, колись! Только не вздумай мне врать!
- Что вы хотите знать?
- Кто в шестьдесят седьмом вогнал в меня пулю?
- Подайте мне мой прибор!
Иван Сергеевич достал из ванны «наушники», напялил их на голову пленника, почувствовал под рукой кровь и машинально смыл ее под струей воды.
- Руки мне освободите!
- Обойдешься! Скажи, что нужно сделать, и я сделаю это за тебя.
- Вы обморозитесь!
- Не твое дело!
- Хорошо. Верхний слева рычажок до упора, а потом вниз. Пуля где?
Иван Сергеевич хлопнул себя ладонью по груди. Стас на секунду задержал взгляд на указанном месте, потом закрыл глаза. Из «наушников» вырвалась струя настолько холодного воздуха, что Иван Сергеевич поспешно отдернул руку. Струя ударила в металлический ковшик для воды, который мгновенно покрылся инеем, потом начал раскачиваться, и, наконец, с грохотом сорвался со стены.
Под дверью горестно застонала Надежда.
- Деда, а деда, пусти меня!
Волосы Стаса тоже покрылись инеем, иней осел на бровях и ресницах. Стас с трудом разлепил посиневшие губы и произнес:
- Пуля выпущена из пистолета «Макаров», стрелявший – человек – выше среднего роста, лет под тридцать, волосы пепельного цвета, одет явно в костюм с чужого плеча. Вы стояли в оцеплении. Стрелял он трижды. Человек рядом с вами был убит, вам пуля разбила ключицу и пробила верхушку легкого…
- Им всем вышка светила. Они сберкассу в глубинке взяли, и весь персонал на месте положили. Нашу часть на помощь милиции бросили. А меня и верно, Пепел подстрелил!..
Трясущимися руками Иван Сергеевич отодвинул щеколду, и сказал метнувшейся навстречу внучке:
- Помял я его маленько, не серчай!
Через полчаса развязанный и перевязанный Стас сидел за столом на кухне и пил со старым полковником за знакомство. Надежда примостилась сбоку на табуретке и следила, чтобы знакомство не перешло в попойку. Иван Сергеевич чувствовал себя крайне неловко, а у Стаса после общения со старой гвардией на затылке надулась огромная шишка. Кровь смыли, к шишке приложили холодный компресс, и выглядел внучкин изобретатель, как партизан после допроса.
- Проблемы у меня на работе серьезные, - объяснил свою подозрительность Иван Сергеевич. – У нас целый состав в степи сгинул. Тепловоз, пять вагонов и группа сопровождения. Назначено расследование. Я уже замаялся объяснительные писать, а тут ты со своей информированностью. Извини, не за того принял. Не обижайся.
- Я деда Ваня не обижаюсь. Я сам виноват. Не доучел вашей выучки!
Иван Сергеевич опрокинул в рот стопку водки, смачно захрустел огурчиком, и сделал вид, что не заметил укоризненного Надеждиного взгляда.
- Слышь, Стас, а ты не мог бы помочь нам, так сказать, по знакомству? Я договорюсь, тебе оплатят работу!
Стас в свою очередь опрокинул рюмку.
- Деда Ваня, помочь-то можно! Только состав, это ж не пластиковая карточка и даже не пуля. Моему прибору может мощности не хватить. Нужны усилители да охлаждение надежное…
- Все это мы тебе обеспечим! – заверил Иван Сергеевич. Соглашайся!
Х
Некоторое время спустя по отдаленной железнодорожной ветке катился тепловоз, толкающий впереди себя заиндевевшую цистерну. Странно выглядела эта цистерна, оплетенная трубами, из сопла которых в окружающую степь били струи жидкого гелия.
Не доезжая стрелки, тепловоз притормозил, потом остановился. Из ожидавшей неподалеку легковушки выбрались три человека в военной форме. Один из них начал быстро взбираться по лесенке к люку цистерны, двое других ожидали внизу. Из кабины тепловоза высунулся машинист и, с откровенным любопытством следил за тем, как открывали люк.
Когда крышка люка наконец была отброшена, из-под нее вырвалось сизое облако. Военный осторожно заглянул внутрь, вынул из-за пояса рукавицы и натянул на руки. Потом снял с плеча фонарь на ремне, включил, одной рукой оперся о горловину люка, второй начал спускать внутрь цистерны фонарь.
- Да постучите ему! – крикнул из кабины машинист.
Один из оставшихся внизу военных поднял с откоса кусок щебня и ударил по боку цистерны. Цистерна ответила гулким гулом.
Внутри что-то заворочалось, словно там плескалась огромная рыба.
- Тащи его! – крикнули снизу.
Человек на цистерне кивнул, наклонился и, стараясь не дышать над горловиной, поймал подведенный снизу к горловине трос. Трос он потянул на себя, но при этом забыл о фонаре, который болтался на ремне рядом с тросом. Фонарь ударился об уходящую внутрь цистерны металлическую лестницу и погас. Человек выругался, пар от его дыхания попал внутрь цистерны, и, словно по струйке бензина огонек, по этому облачку пронесся ледяной вихрь и проник в легкие человека. Человек замер, потому что его легкие внезапно пронзила боль, побелел лицом и осел над горловиной.
- Снимите его! – заорал внимательно наблюдавший за происшествием машинист. – Он сорвется!
Один из оставшихся внизу военных поспешно взобрался по лесенке, взвалил пострадавшего на плечо и спустился вниз.
- Говорил, надо скафандрами запастись! – сердито сказал единственный оставшийся в машине участник встречи в степи.
- Подай лучше аптечку! – сумрачно ответил его коллега.
Пока они возились с пострадавшим, в цистерне что-то плескалось, лязгало. Прикрепленная к боку металлическая лестница дрожала. Наконец над горловиной показался шлем, похожий на водолазный, и, выбирающийся изнутри человек мрачно обозрел окружающее пространство. Скафандр его был покрыт изморозью, наподобие оконного стекла в январе.
- Явился, наш дед Мороз! - приветствовал его военный.
Стас, а это был Стас, вяло махнул рукой, и тяжело перевалился через край люка, встав на следующую ступеньку.
Военные бросили своего коллегу, устремившись навстречу испытателю, подхватили его под руки и почти волоком доставили в машину. Взревев мотором, легковушка помчалась в город.
- Дела, однако! - протянул машинист и исчез вместе с тепловозом. Цистерна вздрогнула от рывка, медленно покатилась под уклон, у стрелки она сошла с рельсов и замерла, глубоко зарывшись колесами во влажную после дождя землю. Из сопел по-прежнему били в стороны струи жидкого гелия.
Х
Иван Сергеевич ожидал Стаса в своем рабочем кабинете. Полковнику уже доложили о том, что один из его людей угодил в госпиталь с обморожением, поэтому Иван Сергеевич был сумрачен одну за другой курил запрещенные врачами сигареты.
Стас вошел и остановился на пороге. Иван Сергеевич молча указал ему рукой на стул, нервно затушил в пепельнице сигарету, сам сел в широкое кресло.
- Что скажешь?
Стас обвел взглядом кабинет, задумчиво остановился взглядом на цветной фотографии родного города, висящей у полковника над столом. Иван Сергеевич в свою очередь посмотрел на фотографию.
- А что-то мне твой бледный вид не нравится! - сказал полковник задумчиво. - А не прогуляться ли нам по воздуху?
- Вообще-то для современной техники расстояние не помеха! - сообщил Стас, когда они шли по двору управления, пробираясь между личными и служебными автомобилями.
- Что же нам теперь, для разговора в бункер лезть? - ворчливо спросил полковник.
Вместо ответа Стас вынул из кармана крошечный радиоприемник.
«С вами - Ваша радиоволна!» - радостно заорал приемник и тут же перешел на барабанную дробь.
Полковник поморщился: эти молодежные ведущие вызывали у него головную и зубную боль.
- Где наш поезд? - перешел он прямо к делу.
- Зачем вы зацепили аномальную зону? - в свою очередь спросил Стас.
Х
Когда поезд тронулся, Стас ощутил первый толчок, а потом движение стало равномерным и жидкость вокруг скафандра успокоилась. Полковник Антип напрягся и сделал то, что просил изобретатель: внутри цистерны под слоем жидкого азота покоился жидкий гелий. Когда поезд добрался до места, откуда исчез предыдущий состав, машинист открыл клапан, и струи гелия хлестнули в степь, охлаждая все окружающее пространство. Эффект, открытый Стасом, проявлялся только при очень низких температурах. В обычное время каждый атом записывал информацию о своих превращениях и о превращениях соседних атомов на уровне ядра, а при низких температурах он начинал сбрасывать эту информацию, как сбрасывает свою кожуру луковица перед отправкой на обеденный стол.
В цистерне было темно, и от этого ощущение невесомости усилилось. Стас закрыл глаза и попытался настроиться на слабо мерцающую волну прошлого. За время своих экспериментов он привык нащупывать ее в пространстве: волну исчезнувшей реальности. Никогда он, правда, не пытался искать такой крупный объект, как военный поезд. До сих пор его объекты были не крупнее мыши. С мышью, кстати, получилось забавно: оказывается, подлая тварь так приспособилась к современной экологии, что регулярно обворовывала соседского художника. Она ела его масляные краски вместе с тюбиками и чувствовала себя прекрасно.
Сквозь мысли о мышах Стас попытался удержать образ поезда. Ему показывали фотографии нескольких пропавших. По счастливому стечению обстоятельств как раз накануне исчезновения один из рядовых переслал невесте на мобильник групповой портрет себя с со товарищами на фоне вагонов. Тех самых вагонов.
Что за груз охраняли солдаты, Иван Сергеевич Стасу не сказал. Сам факт того, что у рядового, сопровождавшего военный груз, оказался мобильный телефон, было грубейшим нарушением устава. (Видимо, не единственным нарушением, но единственным счастливым).
Стас мысленно потянул за ниточку, ведущую от рядового Семенко к военному поезду. Он увидел, как делался снимок: торопливо, перед самым отправлением поезда. Солдаты смеялись: им была обещана увольнительная.
Потом ниточка чуть не оборвалась: Стас не привык ходить в обе стороны, а ведь по отношению у моменту фотографирования, исчезновение поезда было будущим.
Сейчас собственный поезд Стаса катился по тем же самым рельсам, с которых исчез предыдущий состав. Выглядывавшие из норок суслики, провожали глазами пыхтящее и рокочущее чудовище и прятались в земляном убежище. Вообще-то, за долгое время жизни у железнодорожного полотна, они привыкли к шуму поездов, но этот шумел как-то по особенному, шипел, свистел и выбрасывал холод. Сусликам это не понравилось.
В мозгу Стаса исчезали и появлялись обрывки видений: приземистые мохноногие лошади носили по степи всадников, сквозь которых проступал силуэт поезда. Временами все это перекрывалось видом каких-то ужасных существ, к которых Стас к своему удивлению узнал древних ящеров.
Похоже, прибор Стаса сбоил. Изобретатель заворочался в своем «аквариуме», но добираться до техники было далеко и сложно. А уж ремонтировать ее, не снимая скафандра, было и вовсе невозможно.
«Пришибет меня, деда Ваня!» - мрачно подумал Стас. «Они и так на эту цистерну потратились!»
На слове «потратились» внезапно выскочило видение: из остановившегося посреди степи поезда по настеленным доскам съезжают на землю диковинные машины, слегка напоминающие реактивные минометы времен Великой Отечественной.
«Что это за фигня?» - изумился изобретатель. «Катюши» исчезли из армии еще в незапамятные времена.
Незаконнорожденные потомки «катюш» между тем ходко неслись в степь и разворачивались в боевой порядок. Рядом строился расчет, а солдаты, сопровождающие груз, так и остались сидеть в своих вагонах.
С точки зрения обычного наблюдателя там, куда готовились стрелять «катюши» не было ничего особенного: все та же степь, все те же суслики. Разве что, меловой карьер неподалеку. Но, с точки зрения Стаса сквозь все это просвечивало нечто темное, очертаниями напоминающее огромную глыбу, и контуры его все время менялись.
«Катюши» открыли огонь, но снаряды не долетали до намеченной цели. Они таяли в воздухе, заставляя материться наводчиков.
Когда одна из машин попробовала подъехать ближе, она тут же лишилась кабины вместе с шофером. Обрубок машины вместе с пусковым устройством замер на границе аномалии.
А потом словно искра пробежала по бикфордову шнуру: вначале исчезла искалеченная «катюша», затем, по цепочке, все остальные. Люди пытались бежать, но невидимость догоняла и поглощала их, один за другим.
Потом невидимка добрался до поезда. Он глотал вагоны словно голодный великан. Солдаты бросились было врассыпную, но исчезали вместе с кустиками травы, на которых наступали их сапоги. Черные проплешины остались на месте исчезнувших.
Интересно, что рельсы уцелели. Несколько секунд Стас словно висел в воздухе над пустыми рельсами, созерцая внутренним взором картину безмятежной степи. Потом ему стало страшно. Словно, Хоме Бруту в старой церкви, когда там появился Вий.
«Поднимите мне веки!» Стас сжался внутри своего скафандра (через много часов после происшествия), чувствуя, как пронизывает его невидимое нечто. Была б его воля, крикнул бы машинисту: «Гони!», как когда-то кричали кучеру. К счастью, неприятное ощущение длилось недолго, да и поездка скоро закончилась.
Х
- Ну, и кто нам с тобой поверит?! - мрачно сказал Иван Сергеевич, выслушав рассказ Стаса.
- Тот, кто посылал ваших солдат в степь! Кто-то же нашел эту аномальную зону!
- Это она нас нашла! - проворчал Иван Сергеевич.
Разговор прервался, потому что к полковнику подбежал вестовой. Выслушав известия, полковник еще больше помрачнел.
- Съезди домой, Стасик, поешь, - сказал он изобретателю. - Езжай, а то скоро у нас разборки начнутся, затаскают тебя.
Х
Стас только успел съесть борщ, как подоспела Надежда.
- Ну, что? Что там у вас? - затарахтела она еще с порога. - Дед доволен?
- Садись кушать, Наденька! - ласково сказала мать Стаса. На соседку она смотрела, как на будущую невестку и привечала при каждом удобном случае.
- Надюха, я военные тайны не выдаю! - предупредил Стас. - У деда спроси!
- Да он мне ничего не рассказывает! - закричала Надежда. - Буркнет «отстань», и все!
Во двор на полной скорости влетела легковушка и затормозила под самой стеной дома. Стасова мать почему-то побледнела и села на стул, уронив руки на колени. Из машины вышли двое и направились в подъезд. Требовательно заверещал звонок.
- Я открою! - сказала Надежда.
- Здесь проживает Станислав Ворон?!
Они отодвинули Надежду и вошли, чтобы повторить свой вопрос уже Стасу. И в тот момент, когда Стас машинально отвечал, он понял, что для одного из двоих он является первым заданием, и что тот отчаянно волнуется. А еще он понял, что машины во дворе уже нет, и что сейчас исчезнет тот человек, что постарше.
Когда молодой шарахнулся к стене, дергая застрявший в наплечной кобуре пистолет, Стас подумал, что пуля скорее всего войдет туда же, где у деда Вани: в левое плечо и еще подумал, что это больно. А потом перестал думать, потому что молодой тоже исчез.
- С-сынок! - стонущим голосом проговорила Стасова мама. - Что ты натворил?
Стас взвился из-за стола так, что тарелки грохнулись на пол. Последнее, что он запомнил, выскакивая вон из комнаты: расширенные глаза Надежды. Кажется, она пыталась бежать за ним, но Стас прибавил ходу и вскочил в подошедший автобус.
Х
Он приехал на окраину города. До железнодорожной ветки было еще не близко. Но Стас и не собирался туда идти, он чувствовал, что аномальная зона протянула свои щупальца далеко от первоначального места. Откуда взялось это чувство, Стас не знал. Он принял его, как должное. Точно так же, как принял раньше знание об исчезновении гэбистов.
От самой остановки за Стасом увязалась рыжая беспородная собачонка и, сколько он не гнал ее, все бежала и бежала следом.
Стас вышел туда, где тянулись заброшенные земли бывшего совхоза. Степь уже забросала пустоши своей травой и густо засеяла кузнечиками. То тут, то там выдавали они свои скрипучие трели.
Стас осмотрелся и сел прямо на теплую, нагретую солнцем землю. Солнце уже клонилось к закату, но земля продолжала дышать теплом. Собачонка села неподалеку от Стаса, наклонила голову и начала слушать стрекот кузнечиков.
Х
Стас не смотрел в сторону солнца, он и так знал, что там клубится нечто, напоминающее огромную глыбу, но с постоянно меняющимися очертаниями.
И он знал, что это такое. Песчинка. Крошечная песчинка чужого мира, от которой пытается защититься наш мир, обволакивая ее со всех сторон своей материей, словно перламутром. Возможно, потом родится жемчужина новой Вселенной. Прекрасная, как любой жемчуг.
Но Стас не любил жемчуг. У него на столе осталась стоять горячая картошка-толченка, а в холодильнике лежал хороший кусок сала. Сало Стаса приучил есть отец, который не признавал всех этих новомодных деликатесов, и кусок пахнущего дымком сала предпочитал всяким кулинарным изыскам.
И Стас посмотрел в сторону чужеродной песчинки с пренебрежением. Он не хотел, чтобы она стала жемчужиной, потому что затраченный на это дело перламутр грозил разрушить его жизнь, как разрушил ее у тех солдат, которые стали просто материей, обволакивающей чужака.
Стас прищурился. Он знал, что песчинку нужно вытолкнуть из нашего мира, и, каким-то чудом, он ее вытолкнул. Исчезло ощущение пронизывающего взгляда, исчез «Вий», стала ненужной и вернулась обратно обволакивающая его, словно перламутр песчинку, материя нашего мира.
Покатился по рельсам пропавший тепловоз, и машинист не понял, почему день уже клониться к вечеру. Накрыли цель вылетевшие снаряды, и стрельбы закончились успешно. То есть: ничем. Машины погрузили обратно в вагоны и доставили обратно в воинскую часть, откуда их вывезли на испытания.
Рядовой Семенко отправился просить увольнительную и не понял, отчего его сцапали под белы рученьки и поволокли к полковнику.
Ошалевшие посетители пустой Стасовой квартиры (мать побежала искать Стаса по городу), погрузились во дворе в свою машину и выехали в управление, правда, не сразу, а после предварительных телефонных переговоров.
Полковник Антип, обнаружив свой пропавший состав на подъездах к части, уехал домой, предоставив более компетентным органам таскать солдат на дознание. Дома он нашел заплаканную Надежду и сказал ей, что знакомый ее - изобретатель дрянной, но человек - хороший.
А сам Стас пришел домой только к полуночи, вместе с беспородной рыжей собачонкой. Пришел в великолепном настроении и с проектом нового изобретения в голове. Изобретения, которое должно было перевернуть представления современной науки об устройстве мироздания.
Стас не жалел о том, что песчинка из чужого мира так и не стала жемчужиной. Зачем одной раковине две жемчужины? Где-то в глубине собранных в Стаса атомов хранилась информация о том, как обволакивалась материей здешнего мира другая песчинка. Там еще продолжала храниться первозданная сила этой песчинки, вынуждающая человека совершать невероятные для этого мира открытия. А зачем изобретателю конкуренты?
Собачонка радостно виляла хвостом, слушая о новом изобретении Стаса, и думала о сале, лежащем в холодильнике. Сало, особенно с дымком, хорошо стабилизирует молекулы, наспех собранные в структуру животного. А, если, кто-то полагает, что ему удалось выбросить конкурента за пределы своего мира, пусть заблуждается и дальше. Главное, чтобы кусочек сала из холодильника вовремя переместился в желудок. Перламутр, он любой песчинке к лицу!

Алина Болото, Альберт Бояджян "Приманка для шмеля" рассказ


Заказчику посвящается

Я знала прежних владельцев этого дома. Муж и жена Сердюковы. Он добывал уголь в шахте, жена торговала вначале в универмаге, а потом в зоомагазине. У них росли двое сыновей. Потом жена Сердюкова умерла, старшего сына убили в пьяной драке, а младший завел семью и перешел жить «на этажи». Тогда старик Сердюков продал дом и пошел «в приймы» к вдовушке моложе себя лет на двадцать.
Дом купил молодой бизнесмен. Несколько дней грузовики подвозили стройматериалы: дикий камень, кирпич, песок, гравий, видимо, новый сосед всерьез собирался строиться. Однако вскоре движение замерло: то ли дела у него пошли не так хорошо, то ли просто было не до стройки.
Между моим домом и усадьбой Сердюковых тянулся ветхий реденький заборчик. Нельзя сказать, чтоб я уж очень дружила с соседями, однако и ссор не было. Потому и не было необходимости в более капитальном сооружении. Сейчас, в середине лета, я сидела у себя в палисаднике и видела, как новый сосед похвалялся приобретением перед девушкой. Он, выпятив грудь наподобие павлина, торжественно посвящал подругу в замыслы перепланировки усадьбы. Не то, чтобы я уж очень внимательно прислушивалась, но то, что он намерен строить во дворе бассейн и поставить капитальный забор, это я поняла.
Девушка слушала его не очень внимательно. Это худосочное длинноногое создание было похоже скорее на мальчишку, чем на представительницу женского пола. Если бы символическая маечка не топорщилась так явственно на груди, и голый пупок не торчал бы так вызывающе на плоском животике, можно было бы ошибиться. Но, женская природа брала свое, и худосочное дитя добросовестно демонстрировало большую часть своих прелестей.
Старая Сердюкова любила цветы, и потому цветник перед домом и через много лет после ее смерти продолжал полыхать яркими красками. Да и весной Сердюков, видимо, по старой привычке, а то и позабыв о грядущей продаже дома, рассеял собранные осенью семена. Поэтому на огромной клумбе вовсю цвели розовые петунии, рыжие солнца календулы, огненно крапчатые тигровые лилии, темно-синие ирисы. Слегка припоздавшие розы начали разворачивать первые бутоны.
Девушка слушала невнимательно, потому что то и дело наклонялась над цветами, ловила их за стебли и совала остренький носик в середину чашечки, пытаясь различить аромат. Я смотрела на ее упражнения с некоторой долей сомнения. Фруктов в этом году было немного, но они все же были. Над упавшими с кряжистого старого дерева абрикосами вились жужжащие любители сладенького. Не обходили они своим вниманием и цветы.
Попытавшись взять очередной цветок, девушка внезапно вскрикнула, затрясла рукой, принялась дуть на ладонь, а по щекам струйками побежали слезы.
Сосед растерялся. Он лихорадочно ощупал карманы, приговаривая: «Где ж я его дел?! Не боись, Натаха, сейчас я в «скорую» звякну!»
«Натаха» ревела уже вголос. Тут я не выдержала. В заборчике между моим палисадником и усадьбой нового соседа еще от Сердюковых уцелела калитка. Я сползла со скамейки, распахнула калитку и пошла знакомиться.
– Я – Зинаида Сергевна! Покажи руку! – Девушка протянула ладонь, на которой быстро надувалось укушенное место. Я надвинула на нос очки и разглядела посреди укуса темную точку жала. – В твой косметичке пинцет есть?!
Слегка испуганный сосед схватил и сунул мне в руки брошенную на траве сумку подруги. Конечно же, в косметичке был пинцет, и жало я удалила без проблем. Потом я обтерла пострадавшее место «Тройным» одеколоном, непонятно как уцелевшим в закромах дома Сердюкова, примотала холодный компресс и велела периодически его увлажнять. А, в заключение, все вместе сходили ко мне домой за таблеткой диазолина. Теперь уж никакая аллергия была не страшна.
– Сколько я вам должен? – спросил сосед, вынимая бумажник.
– Ты мне лучше сухие ветки на яблоне осенью спили! – попросила я. – Как звать-то тебя, сосед?
– Миша.
– Что ж ты, Михаил, свою Наташку так плохо кормишь, что она у тебя на скелет похожа? Пчеле жало и то воткнуть негде, за ладошки хватает!
Худосочное дитя так по-детски улыбнулось, сквозь еще не просохшие слезы, что я простила ей голый пупок и едва прикрытую юбчонкой тощую попу.
– Дурацкая жужжалка! – Наташка баюкала укушенную руку, украдкой начиная зевать. Таблетка еще и до желудка не дошла, а этот тощий ангел уже под кайфом! Ну, ладно, ухажер, но куда мать смотрит? И ведь явно же девчонка на бедную и голодающую не похожа, так зачем себя так истязать?
– Жужжалка, она, может, и жужжалка, но никак не дурацкая. Она здесь при исполнении, а ты ее так грубо руками хватаешь! Скажи «спасибо», что не шмель! Вон, видишь, дельфиниум, шмеля себе заказал, а тут ты, со своими объятиями!
Наташка не только выглядела, как ребенок, но и вела себя похоже. Она надула губы и сказала «сварливым» голосом:
– А с чего это вы взяли, что непременно шмеля, а не простую пчелу?!
У меня на душе внезапно потеплело, словно моя собственная Ленка домой приехала. Господи, как я по ней соскучилась!
Я потянулась к дельфиниуму и показала цветок.
– Видишь рисунок на шмеля похожий? Будет пролетать мимо настоящий шмель, подумает, что здесь уже кто-то нектаром угощается, и сам сядет. А дельфиниуму только того и надо! Он уже пыльцу приготовил. Камасутру-то, небось, читали?
– И не только читали! – хохотнул Михаил. Забавно, что этот накачанный здоровяк был чем-то неуловимо похож на свою худенькую подружку. Давно я не встречала таких симпатичных голубков, которые так доброжелательно относятся к соседским бабкам. – Так вы говорите, если нарисовать одного шмеля, второй непременно захочет сесть туда же? Во, так это ж, реклама! Наш нектар самый вкусный, только для солидных клиентов?!
-Реклама – двигатель торговли! – произнесла я заученную с советских времен фразу.
Если б я только могла тогда знать, к чему это все приведет!

* * *

Все дело в том, что у Наташки скоро был день рождения. Михаилу очень хотелось отличиться и подарить ей нечто такое, чего еще никто и никогда своей девчонке не дарил.
Я таки была права в своих подозрениях! Пара показалась мне подозрительно счастливой. Сейчас это редкость. Сейчас обычно чего-то не хватает. Любви, денег или уважения друг к другу. Впрочем, всего этого и раньше было не особо в избытке.
А у этой пары было многое. Да, но, как выяснилось, у Михаила все имеющееся еще и дополнялось фантазией. После истории с укушенной рукой он какое-то время ходил задумчивый. Его лучший друг Санек даже предложил слетать на недельку в Египет, развеять грусть-тоску, на что Михаил указал еще и другие места, куда можно отправиться тем, кто не понимает сути момента.
Санек вообще-то был понятливым.
– Чего ты маешься? – спросил он, наконец, прямо?
Когда он услышал про неопределенных размеров мечту, Санек задумался. Приятелю хотелось чего-то такого, чего не было у всех.
– Но, если это что-то настолько особенное, как ты его найдешь?
На это Михаил и ответил фразой: «Реклама – двигатель торговли!»

* * *

Ветки со старой яблони Михаил мне отпилил. Правда, не сам. Человека прислал. Сумрачного такого пожилого мужчину в потертом джинсовом костюме, небритого, с помятым лицом, но работящего. Я его, по окончании работы, как водится, усадила за стол, поднесла стаканчик. Не отказался, выпил, закусил, поблагодарил и уходить собрался. Тут уж я не выдержала:
– Зовут-то тебя как, сердешный? Если еще раз обратиться придется к твоему шефу, как тебя спросить?
– Петра спрашивайте. Петр Ильич Мурманцев я. Инженер.
– А что же ты ветки пилишь, инженер? Разве тебе у Михаила работы другой нет?
– У Михаила денег таких нет, чтобы мне другую работу дать! – ответил инженер непонятно, распростился и ушел.
Я спиленные ветки понемногу стала перетаскивать в сарай, на дрова. Зима еще неизвестно какая будет, а с газом теперь сложно – дорого. Наверняка придется печь топить.
Сама таскаю, а у самой почему-то из головы история с укусом не выходит. Вернее, не столько с укусом, сколько со шмелем, которого дельфиниум на своих лепестках изобразил. Вот ведь хитрое создание! Знает, что, увидев другого шмеля, пролетный шмель не утерпит и сядет поглядеть, чем здесь угощают. Тут тебе дельфиниум – раз! – и пыльцой крылья шмелю испачкал! Полетел шмель опылять другие цветы на благо появления на свет новых дельфиниумов.
Только я в свои ботанические мысли погрузилась, слышу, тявкает мой Рекс у калитки, как заведенный. Как же это я про пенсию-то забыла?!
Точно. За калиткой почтальонша Нинка с ноги на ногу переминается. Расписалась я в ведомости, денежки получила, а Нинка жалостным голосом канючить начинает. Теть Зин да теть Зин, купи у меня что-нибудь. Хоть мыло, хоть шампунь, хоть порошок стиральный, а то у нас разнарядка. Хоть самой все покупай, а не то начальство поедом ест!
Покажи, говорю, что там у тебя за порошок, а то мой заканчивается.
Нинка достала мне коробку:
– Не сомневайся, теть Зин, порошок хороший. Его в телевизоре показывали, «Млечный путь» называется. Ну, вспомни: его там одна рыжая тетка покупает! Мало того, что белье все перестирала, так еще и машину выиграла. Стиральную. Акция у них регулярно проводится! Среди покупателей стирального порошка. Бери, твоя машинка небось старая-престарая!
– Зато понадежнее иных новых! – ответила я, но порошок купила. Посмотреть: так ли хорош этот «Млечный путь», как про него показывают.
Что же вы думаете, только я белье в ванной замочила, – выключили свет! Я не очень расстроилась, подумала: к вечеру включат. Взялась при свечке суп варить. Варю я, значит, себе супчик, ложкой в кастрюле помешиваю, а тут на мою кошку Муську боевой азарт нашел. Вздумалось ей на мышь поохотиться. Это при том, что эта вражина «Кити-Кет» уплетает со страшной силой! Не накупишься! Явно не голодная. Но, тут в кошке проснулись боевые инстинкты, пошла она шарить по углам. Я сначала – без внимания, прыгает себе и прыгает, но тут в ванной что-то грохотать начало!
Я – за свечку и в ванную, но движения не рассчитала. Свеча, возьми, да погасни! Пока я спички нашла, пока зажгла, пока до ванной доплелась…
В общем, порошок мой приказал долго жить. Я-то его откупорила, когда белье замачивала! А на полочке старый флакончик туши стоял, еще от Леночкиной учебы остался. Давно нужно было выбросить!
Вначале кошка уронила туш в алюминиевый таз, в который я белье собиралась после стирки складывать. Флакончик ударился о край, горлышко отбилось, и туш вытекла в таз. А потом сверху упала начатая пачка порошка. Если бы она была закрыта, вреда было бы меньше, а так, порошок частично высыпался в лужицу туши, частично пачка боком в этой лужице подмокла. Если бы кошку специально дрессировать, и то она так красиво не сделала бы. Хорошо, что я хоть белье замочила в ванне, а не в тазу, как собиралась вначале!
А мышь Муська поймала. Задушила, принесла в зал и принялась на ковре под столом играть. Это я уже потом обнаружила, когда свет включили. Я – за веник, чтобы это безобразие пресечь. Муська – за мышь, и, пантеровским прыжком, – в форточку. Всю ночь гуляла и только под утро вернулась: отсыпаться.
А стирку мою пришлось отложить. На следующий день, с утра, я поплелась в магазин за порошком. Остановилась перед прилавком и думаю, какой выбрать. Вдруг мне обидно стало, что стиральную машину я не успела выиграть, поглядела на красивую коробку и заказала «Млечный путь».
Что вы думаете?! Не было в пачке талончика на машинку! В первые пять минут я даже огорчилась. Вот, думаю, дурила старая, попалась на удочку рекламы! Лучше бы «Лотос» купила бы, все ж привычнее!
И тут мне в голову странная мысль пришла! Вспомнился собственный рассказ про шмеля. А мне ведь тоже что-то в этом роде изобразили в виде тетки, выигрывающей стиральную машину! Я и поддалась. И купила «Млечный путь», хоть ничем он не лучше привычных моих порошков. А что если, это сами вещи заставляют людей рекламу делать, чтобы увеличить потребление, а, значит, свое воспроизводство! Совсем, как дельфиниум?!
Я огляделась по сторонам, увидела раскрытую мною пачку порошка и рассмеялась. Ну, очень уж ехидно галактика мне с картинки изображалась! Передернула я плечами, и решила больше рекламу не смотреть вообще, чтобы не иметь искушений на старости лет. То им одно купи, то другое купи! Обойдутся!

* * *

Но я еще не сказала, что же такое учудил мой новый сосед Михаил. Накануне дня рождения Наташки он по городу биг-борды расставил. На этих здоровенных плакатах улыбающаяся во весь рот Наташка держала на вытянутой руке что-то, напоминающее футбольный мяч или, скорее, глобус. На этом глобусе виднелось стилизованное изображение континента. А на континенте красовался шикарный дом, вокруг которого водила хоровод счастливая семья из папы, мамы и ребенка. Под картинкой была надпись: «Купите у нас планету!»
Как я потом узнала, до этой глупости Михаил додумался не сам. Это ему Санек присоветовал. Дескать: все девчонки мечтают стать фотомоделями и манекенщицами. Вместо того, чтобы Наташку на какой-нибудь настоящий конкурс красоты выставить, эти олухи ее в виде фотомодели на своем биг-борде изобразили! В шутку, значит. Но биг-борд-то они заказывали в рекламной фирме, кто там этим вопросом занимался, не знаю, но заказ выполнили по полной программе. С указанием конкретного адреса.
Наташка при виде своего огромного портрета расцвела, растаяла и отметила день рождения с шиком. Они с Михаилом исчезли из поля зрения работников его фирмы дня на три. А на четвертый Санек прорвался на не вовремя включенную мобилку.
– Шеф, требуется ваше присутствие!
Михаил в свою очередь объяснил сотруднику, где он хотел бы его видеть в ближайшее время. Санек не сдавался:
– Шеф, появился заказчик. Это у нас готовы купить, хоть завтра! – и он назвал объект.
Услыхав такие речи, Михаил несмотря на огорчение Наташки, прервал праздник и явился на работу. Там его встретил слегка смущенный Санек, проводил в кабинет и запер дверь.
Дело обстояло следующим образом: пока начальство предавалось плотским утехам, к первому заместителю, то есть, непосредственно к Саньку, явилась пара очень серьезного вида людей. Вежливо спросив шефа, они, тем не менее, снизошли до заместителя и поинтересовались предполагаемой стоимостью объекта «Планета». Обалдевший Санек начал что-то мямлить о шуточных биг-бордах, на что один из посетителей, поморщившись, попросил указать конкретную цену. Тогда Санек сменил тон и сказал, что без руководителя о столь важных делах говорить не уполномочен. Уговорились о встрече на следующий день.
– Да ты вообще-то соображаешь?! – задыхаясь от гнева, просипел Михаил. – Ты меня для этого от Наташки вытащил?! Чтоб слушать бредни каких-то психов?
– Мих, ты погоди! Они не похожи на психов!
– Значит, я похож на идиота?! Явились шизики, которые готовы давать деньги под липовый проект?
– Почему «липовый»? Ты же не знаешь, что они хотят! Возьми на переговоры Мурманцева, может не все так плохо! Может, им нужно отмыть бабки? Поговори с людьми о высоком.
– Сначала поговори о высоком, а потом тебя зароют глубоко!
– Мих, ты пессимист! Я пошел за Мурманцевым.
Надо сказать, что Петр Ильич Мурманцев в советские времена работал в «почтовом ящике». А в постсоветские перебивался грузчиком на нашем рынке, где его и заметил Михаил. Пил Петр Ильич запойно, но в моменты просветления снабжал Михаила идеями об успешном продвижении фирмы на мировой рынок.
Потенциальных партнеров поили коньяком. Мурманцев жадно смотрел на рюмки, но Михаил безжалостно заливал его минеральной водой.
– Наш технический гений! – представил он Мурманцева сумрачным мужчинам в безукоризненных костюмах. – Запад пытался перекупить, но мы отстояли!
– Мы готовы сделать заказ! – назвавшийся Виталием Павловичем клиент от коньяка не пьянел.
– Какого размера объект желаете иметь? – Михаил решил прощупать клиента.
– Для начала – на одну усадьбу. Чтобы дом, гараж, бассейн – все как положено.
– А вы знаете, сколько это будет стоить?
Ответ Виталия Павловича неожиданно опередил Мурманцев. Он назвал сумму, чуть меньшую, чем американцы тратят на свою космическую программу ежегодно. Михаил поперхнулся, а Мурманцев закончил непривычно жестким тоном.
– И половину – вперед! Наличными!
– У нас не найдется столько налички сразу, – спокойно ответил Виталий Павлович. – Если вы согласитесь разбить на три приема?..
Хмель из головы Михаила выветрился мгновенно.
– Я должен обсудить ваше предложение с партнерами, – стараясь скрыть хрипоту в голосе, сообщил он. – Их может не устроить вариант поэтапной оплаты.
– Мы подождем, – Виталий Павлович был по-прежнему спокоен. – Учтите, вы не скоро найдете таких заказчиков. Если первое изделие нас устроит, мы закажем более крупный объект!
Едва за гостями закрылась дверь, Михаил оттащил Мурманцева от коньяка. Всю встречу промолчавший в углу Санек сказал сдавленным голосом:
– Чтоб меня!.. Они не отказываются!
– Ильич, а Ильич, – Михаил помахал у Мурманцева перед носом бутылкой. – Что скажешь, Ильич?
Не отводя взгляда от коньяка, Мурманцев сглотнул слюну.
– Если ребят созвать, то первой трети того, что они обещают, хватит на запуск проекта.
– Каких ребят, Ильич? Ты бредишь?! – почти простонал Михаил, опуская стеклянную тару на стол. Мурманцев выхватил у него бутылку, сделал долгий глоток прямо из горлышка и утер губы ладонью.
– Моих ребят, Мих. По крайней мере, про четверых я точно знаю, что они еще живы. Пятого выпишем из области, он там базой заправляет. Отпуск себе возьмет… без содержания.
Ну, быстро дела не будет, но месяца за четыре, пять, думаю, управимся!
Мурманцев сделал следующий длинный глоток и отправил в рот подряд два бутерброда с черной и для разнообразия один с красной икрой. Санек нервно задышал, глядя, как уничтожается инвентарь для переговоров.
– Ильич, а ты вообще-то понял, о чем речь шла? – для проверки переспросил Михаил, делая рукой жест, словно сгоняя муху с носа бывшего засекреченного инженера.
– Да что же тут не понять, – Ильич смачно чавкнул апельсином, – бывшую оборонку будем под народное хозяйство приспосабливать!

* * *

Может кто-нибудь сомневается насчет таких подробностей. Откуда я это знать могу, если сосед у меня, в общем-то, не болтливый?
Ничего такого особенного в этом нет. У порядочного мужа от жены секретов нет. А то, что Ильич, мужик порядочный – это я сразу поняла. Еще когда он яблоню пилил. А то, что – выпивающий, так это как посмотреть. Иной не пьет, а троглодит троглодитом!
А Ленку я уговорила. У них с Костиком хорошая квартира, от них не убудет, если хороший мужик на половину дома претендовать станет. Ильич, правда, предлагал этот дом переписать на Леночку, а нам у моря какой-нибудь себе купить, но я не согласилась. К морю мы и так каждый год ездим, а зимой там сыро.
Так, о чем это я?

* * *

Это произошло в сибирской тайге во время экспериментального бурения сверхглубокой скважины ракетой Циферова. На глубине около одиннадцати километров сопротивление породы вдруг резко уменьшилось, и реактивный бур буквально провалился в земную толщу. В течение пяти часов от него еще поступали радиосигналы, после чего исчезли и они.
К полудню следующего дня обломки бура были со страшной силой выброшены из ствола, а из скважины поползла густая, вязкая, черная масса, искрящаяся миллионами крошечных, напоминающих граненные алмазы, крупинок. Но блеск вскоре померк, а чернота еще больше потемнела, и вдруг началось движение металлических конструкций на территории буровой. Они стали медленно наклоняться в сторону скважины!
С запозданием сработала сирена, началась паника. Кто-то крикнул, что из скважины поднимается пекло. Народ стал поспешно грузиться на машины и, надо сказать, что начальство оказалось в первых рядах отступающих. Прежде, чем жилые вагончики поползли в сторону скважины, внутри никого уже не осталось.
Когда последний КАМаз с людьми покинул территорию буровой, начали ломаться стволы деревьев и ползти в сторону скважины. Через несколько часов окрестности скважины напоминали пустыню: все, что хоть мало-мальски приподнималось над поверхностью земли, было затянуто черной субстанцией. Плешь все более разрасталась и, когда ее размеры достигли километров пяти, субстанция внезапно провалилась обратно в скважину. Теперь начала двигаться земля. В результате нескольких мощных толчков, почва на месте бывшей скважины просела и образовалась основательных размеров впадина.
Подсчитав убытки, руководство закрыло проект, и эксперименты с ракетой Циферова были прекращены.

* * *

Но кое-кто не угомонился. У Мурманцева были приятели, и некоторые из них занимались теоретической физикой. Как уж Петр Ильич наладил сотрудничество между ведомствами – это отдельная тема. Но только они-таки сделали разработочку в виде новой теории строения Земли.
По этой теории ядро Земли состоит из гравиэкситонной плазмы, включающей микрочастицы двух видов: черные микродыры и белые микродыры. Обычно система уравновешена, так как происходит перекачивание энергии в материю и материи – обратно в энергию. Черные микродыры – поглощают материю, выделяя гравитационную энергию, а белые микродыры, поглощая избыток энергии, создают материю.
Уже тогда, в далекие восьмидесятые годы, Петр Ильич смекнул, что, если белые микродыры будут преобладать в гравиэкситонной плазме, то начнется рост материи, напоминающий рост кристалла соли в насыщенном растворе. Тогда это не имело практического применения, но сейчас Мурманцев предположил, что при наличии гравиэкситонной плазмы, мини-планеты можно выращивать подобно кристаллам. И, управляя соотношением черных микродыр и белых микродыр можно регулировать уровень гравитации на создаваемой планете, а значит, и удерживать возле нее атмосферу и прочие, необходимы для жизни компоненты.
Дело оставалось за малым – поднять многотонную махину в космос. Такой «пустяк» Мурманцев задумал решить при помощи ультразвука. Во время выхода гравиэкситонной плазмы на экспериментальной буровой, как выяснилось, не последнюю роль в благоприятном для людей исходе сыграла сирена, в аварийном режиме раскрутившаяся до ультразвука. «Пушкинские», обшитые деревом для утепления, вагончики, попали в конус ультразвукового излучения, и это резко уменьшило силу, исходящего из скважины притяжения. Похоже, ультразвук воздействовал на гравиэкситонную плазму, подобно кадмиевым стержням в урановом реакторе.
Следовательно, пуская в ход ультразвук, Мурманцев намеревался управлять гравитационным полем мини-планеты, уменьшая и увеличивая его в выбранных направлениях. Таким образом можно было организовать и гравитацию, и левитацию. Гравитацию – при помощи избытка черных микродыр, левитацию - при помощи белых микродыр.
В процессе распития самогона кустарного производства, Мурманцев разработал систему передвижения мини-планеты в окрестностях Земли и в межзвездном пространстве. Здесь он собирался использовать притяжение к «скрытой массе».
На поверхности Земли он, естественно, намеревался взаимодействовать с гравиэкситонным ядром нашей планеты и самим Солнцем. Но, при удалении от Солнечной системы, Мурманцев полагался на взаимодействие черных микродыр со «скрытой массой», что позволяло двигаться в космическом вакууме в желаемом направлении, а в будущем – формировать в космосе поселения, из мини-планет, состыкованных в форме цепочек, ковров и целых гроздьев. Мурманцев предполагал, что на первом этапе мини-планеты будут возвращаться на родину, чтобы пополнить ресурсы, но при налаживании дальнейшего производства, возможно создание специализированных мини-планет. Промышленных планет, планет, покрытых лесами, океанами… это, правда, требовало дополнительных усилий химической промышленности и машиностроения. Чтобы запустить циклы по производству воды из углекислого газа и прочих отходов, нужны были новые разработки.
В творческом порыве (запое) Мурманцев взялся было за разработку новой теории строения Вселенной, но бдительный Михаил приставил к нему персонального нарколога, а отсутствие алкогольного стимула дурно повлияло на творческую мысль бывшего секретного инженера. Пришлось оставить теорию и перейти к практике.

* * *

Получив денежное подкрепление, Петр Ильич собрал свою старую команду. Проект они сделали за очень короткие сроки. Работы начали в окрестностях родного города: благо, заброшенных шахт в Донбассе хватает.
Вначале случилась заминка с ракетой Циферова. Работы по ней давным давно были свернуты, а повторить подвиг по бурению сверхглубокой скважины без реактивного бура не представлялось возможным. Мурманцев, правда, подозревал, что на том бурении не могло быть столь значительного эффекта без стихийно сложившихся обстоятельств. Скорее всего, маломощная ракета попала в трещину в земной коре, в которую буквально провалилась. Короче, Мурманцев насел на Санька, чтобы тот обеспечил поставку действительно серьезного реактивного бура. Бедный Санек похудел лицом, но раздобыл подходящую ракету. Потом ходили слухи, что это – переоборудованная межконтинентальная баллистическая ракета «Сатана», однако Санек в ответ на эти слухи только мрачно улыбался.
Ствол старой шахты окружили десятком ультразвуковых установок, но не забыли и старую, добрую сирену. Накануне испытательного запуска, Михаил договорился, чтобы городская милиция поставила на подступах к шахте оцепление.
И вот этот день настал! С утра перепархивал снежок, и потому терриконы старой шахты оказались убраны тончайшим белым покрывалом. Петр Ильич смотрел орлом, в отличие от заметно нервничавшего Михаила.
«Он сказал: «Поехали! И взмахнул рукой» – прошептал Мурманцев и действительно взмахнул рукой. Внизу, почти на километровой глубине, реактивный бур врезался в толщу породы.
Сигнал от него перестал поступать через десять часов. А к вечеру следующего дня тревожно взвыла сирена и замолкла, чтобы не мешать начавшемуся процессу. Обломки реактивного бура с жутким воем вылетели из земных недр и рухнули на заброшенном поле бывшего совхоза «Красный партизан», к счастью, никому не причинив вреда. А затем из ствола старой шахты полезло нечто более черное, чем антрацит, сверкающее мириадами крошечных ослепительно-ярких крупинок.
– Лови его, Ильич! – заорал Михаил, глядя на сгибающиеся металлические конструкции.
– Не учи рыбака, Мих!
Мурманцев был серьезен и сосредоточен. Заработали ультразвуковые установки, отсекая от гравиэкситонной плазмы зародыш ядра будущей мини-планеты. Остальная плазма застыла в жерле ствола, поверхность ее качнулась и медленно уползла обратно вглубь.

* * *

Уже через месяц счастливый, как молодой папаша, Мурманцев велел Саньку дополнительно набрать бригаду строителей. Вначале строителей удивляла необходимость постройки коттеджа с подземным гаражом и бассейном на огромной граненной скале, но за удивление им хорошо заплатили. (Между нами говоря, Мурманцев тоже удивлялся: зачем на планетоиде гараж, и куда заказчик намеревается ездить в космосе на своей иномарке. Но Михаил сказал, что за свои деньги Виталий Павлович может хоть батискаф к себе в бассейн опустить, лишь бы счета вовремя оплачивал!)
А между тем, детище Мурманцева росло. По мере того, как скала увеличивалась в размерах, строителей поднимали к месту работ вначале автовышкой, а потом и вертолетом.
Не все получалось с первого раза. Вначале котлован на верхней, жилой полусфере, созданный при помощи взрыва, начал уменьшаться в размерах, а потом и вовсе исчез, поглотив все предварительные конструкции и робу бригадира, которую он неосторожно оставил на рабочем месте.
Под многоэтажный мат строителей на место будущего коттеджа был срочно вызван Мурманцев. Обнаружив повреждение, Петр Ильич вызвал самого опытного из своих коллег Андрей Ивановича Осипова, который долго сокрушенно причмокивал губами, качал головой, а потом установил дополнительный источник ультразвука прямо на поверхности скалы. После этого работы пошли быстрее. Котлован уже не исчезал, а напротив, позволил себя укрепить и построить подземный гараж самой современной конструкции.
Второй казус произошел, когда скала вдруг начала расти неравномерно, и будущий коттедж грозил превратиться в Пизанскую башню. Строители вновь отказались работать, и Мурманцев целых два дня устранял крен силами своей ударной команды. Мини-планета росла из центра, где рядом с гравиэкситонным ядром планетоида находилась шахта с пультом управления установками Мурманцева. В дальнейшем инженер планировал сосредоточить управление планетой в одном из помещений коттеджа.
На третий день приехал Михаил вместе с сидящим за рулем джипа Саньком, осмотрел достигшую полукилометрового диаметра глыбу и сказал:
– Смотри, Ильич, это тебе не советское время! Не вздумай сорвать сроки!

* * *

Ильич постарался. Когда приехали заказчики, коттедж был уже подведен под крышу, а в бассейн закачали воду, и даже успели ее подогреть.
Заказчики обошли гигантскую скалу по окружности, поднялись на ее поверхность, осмотрели построенное.
– А как с остальными условиями? – спросил у Михаила Виталий Павлович. – Мы заказывали мини-планету, а не дом на холме!
Михаил посмотрел на Санька, Санек на Мурманцева. Инженер неспешно вынул из кармана «мобилку».
– Иваныч, подыми чуток! Тока – тихо, не дергай!
Прошла одна минута, другая… Ничего не происходило. Заказчик посмотрел на Михаила, Михаил на Мурманцева. Тот прищурился, отошел в сторону.
– Извиняюсь, – сказал он чуть хрипловатым голосом. – Кто-нибудь здесь наблюдает свою машину?
Санек мигом оказался рядом с Мурманцевым. Всплывший в гравитационном поле Земли планетоид завис над стоянкой, и автомобили ушли за линию его горизонта. От возмущения Санек чуть не кувыркнулся вниз, но Мурманцев вовремя поймал встревоженного автовладельца за воротник.
– Не боись! – сказал он веско. – Не раздавим!
Виталий Павлович одобрительно покачал головой, и сказал о необходимости поставить ограждение.
– На кой в космосе ограждение?! – возразил Мурманцев. – Там будет действовать искусственная гравитация!
– А рабочие? – спросил заказчик.
– А рабочие все на страховочных тросах!
– Сделайте ограждение, я оплачу! – попросил заказчик. – Мало ли в каком виде здесь будет хозяин, вдруг и гравитация не поможет!
Михаил возражать не стал, уточнил только насчет разновидности ограждения и велел Саньку поставить в смету.
Ограждением на самом астероиде дело не ограничилось. По округе пошел слух о таинственном строительстве возле старой шахты, и для разгона любопытствующих Михаил был вынужден выписать группу из охранного агентства. А поскольку на патрулировании присутствовали еще и собаки, то доберманов пришлось поставить на персональное довольствие.

* * *

А между тем, наступила наконец настоящая зима. Как я и предполагала, газ оказался необычайно дорогим, и я, по старинке, топила печь.
Недостроенный соседский дом не пустовал. В ожидании весны и окончания местной стройки в нем сторожевал Петр Ильич. Возвращаясь со своей шахты почти ночью, он не всегда успевал затариться продуктами, и по-соседски заходил ко мне перекусить.
Характер у бывшего секретного инженера оказался незлобивым, Рекс и Муська липли к гостю, выпрашивая свою порцию ласки. Пока шли работы, Мурманцев спиртного в рот не брал, и на мои попытки поднести стаканчик отвечал решительным отказом.
Помотало его по стране изрядно, его рассказы о житье-бытье обороншиков с успехом заменили мне сериалы.
Бдительные соседки отметили долго не гаснущий у меня по вечерам свет, и, сойдясь на «пятачке», когда подъезжала машина молочника, задавали провокационные вопросы о содержании ночных сериалов, которые я так полюбила смотреть. Я их отсылала к журналу «Мир сериала» и начинала любезничать с молочником. Соседки злились, молочник хохотал. Он был моложе меня лет на тридцать и заглядывался на конопатую Таньку из двенадцатого номера, но при этом никогда не упускал случая посмеяться. А я знала, чем развеселить мужчину, который хочет покрасоваться перед женским полом.

* * *

В древности существовал хороший обычай: архитектор, построивший мост, становился под ним. Если мост был плох, его создатель узнавал это одним из первых. И не всегда имел возможность исправить ошибку.
Когда строительство дома было завершено, и усадьбу опоясал каменный забор, Ильич взошел на борт своего «космического корабля». Помощник – Андрей Иванович, отвечал за пилотирование вновь созданной планеты и за обеспечение жизненно важных функций: гравитации, нормального состава атмосферы и отопления.
Санек отвечал за обеспечение воздушного и орбитального коридора над полигоном. Вначале была задумка посадить на ЦУПе своего человека, чтобы проконтролировать подъем объекта при помощи космических средств связи, но в последний момент от идеи отказались. По смешной причине: сопредельная держава не пропустила на свою территорию Михаилова человека из-за некрасивых подробностей биографии. Каких-то там судимостей! Какие претензии Центр управления полетами может иметь к чужим судимостям? Хотя, если задуматься…
Михаил задумываться не стал. Он всучил Петру Ильичу смартофон и велел запечатлеть кадры подъема для истории. Вообще-то, с группой должен был лететь оператор, но он в последний момент отказался, мотивируя это возможными семейными проблемами.
Ильич и Иваныч над молодежью посмеялись и сели в вертолет, доставивший их прямо к воротам усадьбы.
В шесть тридцать утра астероид оторвался от земли и, сопровождаемый вертолетом, на котором мельтешил заглаживающий вину оператор, медленно поплыл в небо. Падающий сверху слабый снег захватывался над мини-планетой гравитационным полем и разлетался в стороны под нею. Со стороны казалось, что астероид подтягивается кверху на огромном снежном жгуте.
Виталий Павлович зачарованным взглядом следил за тем, как по земле скользила тень от его будущего дома. К шефу и заказчику подбежал Санек с шампанским и телефонной трубкой в руках.
– Как дела, Ильич? – спросил Михаил, беря «мобильник».
– Сорок секунд – полет нормальный! – спокойно ответил Мурманцев. Но откуда-то сбоку донесся взволнованный голос Андрея Ивановича:
– Санек, а ты с Америкой договорился? – Михаил вопросительно взглянул на Санька, который оторопело уставился в небо. – Я щас посажу этот садочек на фиг, если ты не договорился с таможней!
– При чем здесь таможня? – почему-то шепотом спросил заказчик, глядя на застывшую на одном месте тень.
Михаил ему не ответил. Он смотрел на Санька с выражением величайшего отвращения.
– Я тебя убью! – пообещал он потерявшему дар речи помощнику, и совсем другим тоном обратился в микрофон. – Иваныч, сажай в самом деле садочек, пока нас не обстреляли международные силы!
Когда недолетевший астероид приземлился на родину… мать, вертолет доставил на землю двух в дымину пьяных стариков. Несмотря на строжайшие предостережения, спиртное для обмывания пробного взлета было заботливо доставлено на борт еще строителями и припрятано в недрах сантехнического устройства. Попросту – в сливном бачке.
Пока Санек вел переговоры с военными ведомствами, бригада наркологов трудилась над приведением в идеальное состояние Мурманцева и Андрея Ивановича. К ним сразу же приставили персональных телохранителей, а заказчик пообещал задействовать личные связи, чтобы переговоры с военными ведомствами закончились успешно.

* * *

Я ничего этого не знала, только удивлялась, что вместо Петра Ильича в соседнем доме стали ночевать хмурые накачанные ребята (как позже выяснилось, бойцы «Беркута»). Рекс этого тоже не одобрил, так как бойцы прибыли вместе со сторожевыми собаками, которые вынудили Рекса сменить обычный маршрут. Теперь он обходил соседский забор по большой дуге и лаял в сторону соседей исключительно стоя на крыльце дома с открытой дверью.

* * *

Все-таки, без вояк не обошлось. На астероид их не пустили, но в этот раз их вертолеты сопровождали поднимающуюся в небо мини-планету.
Перед этим Михаил лично в сопровождении проводника с натасканной сторожевой собакой обследовал всю территорию объекта на предмет сокрытия бутылок.
– Иваныч, если ты эту дуру уронишь, я из тебя шашлык изготовлю! – пообещал Михаил престарелому специалисту.
– Мих, если я эту дуру уроню, твой шашлык уже без надобности будет. Не боись, взлетим!
Достигнув своей пороговой высоты, один за другим отстали вертолеты. Дальше за подъемом следили военные наблюдатели с развернутых вокруг бывшей шахты лагерей.
– Как дела, Петр Ильич? – спросил Михаил, когда астероид вышел на расчетную орбиту.
– Выпить охота, а остальное – в порядке, – меланхолично отозвался Мурманцев. – Красиво здесь, хорошо. На пенсии поселиться бы в таком тихом месте!
Заказчик нервно курил, глядя в небо. Михаил почему-то растерянно улыбнулся Саньку:
– Слышь, закончим работу, рвану с Натахой в Крым, проветриться!

* * *

В Крым он, правда, не поехал. Поехали мы с Петром Ильичом, после того, как тихонько расписались в городском ЗАГСе, а Михаил умчался с Наташкой в Грецию
Некоторые военные ведомства сделали попытку наложить лапу на проект, но окрыленный успехом Виталий Павлович повел переговоры сам. Он добрался до ООН, и убедил международную общественность в том, что проекты такой направленности не должны быть милитаризированы. Он серьезно помог фирме Михаила встать на ноги. «Купите планету» сегодня знают во всем мире. Хотя это еще не всякому по карману, но при общей перенаселенности Земли за этим проектом хорошая перспектива.
А «Беркут» теперь ночует и у меня. Наши два дома хорошо охраняются, так как не перевелись еще наивные люди, полагающие, что серьезную документацию владельцы фирмы хранят дома.
Рекс ходит возле самых морд сторожевых собак, щетинится и рычит. Псы страдальчески косятся на своих суровых хозяев, но терпят. Жизнь Рекса застрахована на такую сумму, что «Беркуту» месячной зарплаты не хватит, чтобы расплатиться за случайные повреждения.
И только одна мысль не дает мне покоя. Неужели же планетам для размножения тоже нужны свои шмели? Тогда может быть стоит повнимательнее присмотреться к планетам Солнечной системы: не искусственные ли они?

воскресенье, 20 декабря 2009 г.

ТЕКСТОГРАФИЯ

БОЛОТО (Болото-Бояджян) Алина Николаевна

Здесь перечислено только то, что относится к фантастике.
Много названий потому, что у меня очень много миниатюрных юмористических фантастических рассказов и пародий на половину странички, одну, две, Многие были опубликованы в городских газетах, часть а клубном альманахе. По годам заметно, когда наш КЛФ «Контакт» был в расцвете – хотелось писать. С 1998 мелкие рассказы почти все идут в стол – газетам не до фантастики.

НАПИСАНЫ:
1979 - «Конец одного детектива» – рассказ
1983 – «Твоя Мария и Киб» - рассказ о друге Даруа Ватиша Конове (из цикла о пилоте Даруа Ватише) последняя редакция 2003 г
1984 – « Будешь рядом – залетай!» - рассказ
1984 – « Я – Додо» - рассказ, впоследствии переработан в «Меню для «Фойры»
1984 – «Пятьсот двадцатый» – повесть, последняя редакция 1986г.
1985 – «Две стороны экрана» – рассказ
1985 – «Приговор» - рассказ
1985 – «Тринадцатый дубль» – маленький юм. рассказ
1985 – «Рейс вне расписания» – повесть из цикла о Даруа Ватише,
последняя редакция 2003г.
1986- «По поводу вечных вопросов» – маленький юм рассказ
1986 – «Смерть повремени или Да здравствуют гонорары» – пародия
1986 – «Бабушкина сказка» - рассказ
1986 – «Пачка маргарина» - рассказ
1986 – «Биофильтр» – маленький юм. рассказ
1986 – «Французский детектив» – маленький юм. рассказ
1987 – «Фантастический рассказ» - маленький юм. рассказ
1987 «К вопросу о предотвращении марсианских нашествий» – маленький юм. рассказ
1987 – «Письмо из больницы» – маленький юм. рассказ
1987 – «Заявление» – маленький юм. рассказ
1987 – «Триумф лейтенанта Сидорова» - пародия
1987 – «С Новым годом или Внимание, пираты!» - новогодняя пьеса
1988 - « Червяк по кличке Тайфун» - рассказ из цикла о Светлане Дударь и ее друге Тайфуне
1988 – «Пароль – «стрела» – рассказ совместно с группой клубных авторов
1989 – «Убежище» – рассказ
1989 – 1990 – «Тайфун в закрытом секторе» - повесть из цикла о Светлане Дударь и ее друге Тайфуне
1989 –1990 - «Ржавое золото» - роман в соавторстве с Е. Кулинич
1990 - 1991 – «Прибрежник» - повесть, окончательная редакция 2007 год
1991-1992 – «На горизонте – ветер» - роман в соавторстве с Е. Кулинич
1991 – 1992 – «Вдова узурпатора» – повесть
1992 «Хозяин» - рассказ
1993 – «Колобио» – маленький юм. рассказ
1994 – 1999 – «Накопитель» - повесть
1995 – «Золотая смерть» – маленький юм. рассказ
1997- «Возвращение сказки» – маленький рассказ
1998 – «Темпотроли» – маленький рассказ совместно с А. Бояджяном
1998 – «Открытие Америки» маленький юм. рассказ совместно с А. Бояджяном
1998 – «Сделка» – маленький юм.рассказ
1998 – «Пустошь» – маленький рассказ
1998 – «Ожидание» – маленький рассказ
1998 – «Сказка, рассказанная спящему мужу» - маленький рассказ
1999 – «Пробуждение» – маленький рассказ
1999 - «Сказка о добре и зле» – новогодняя пьеса
1999 - «Магистр времени» – новогодняя пьеса
2000 – «Переход» – маленький рассказ совместно с А. Бояджяном
2000 – «Центр мироздания» – рассказ, совместно с А. Бояджяном
2003 – «Меню для Фойры» – рассказ из цикла о Даруа Ватише
2003 - 2007 «Чуть короче жизни» - повесть, продолжающая повесть «Прибрежник»
2006 – «Приманка для шмеля» - рассказ, совместно с А. Бояджяном
2006 – «Тепло для «ботаника» - рассказ
2006 – «Жемчужина» - рассказ
2007 – 2011 новая повесть о Даруа Ватише "Транспортный пилот и сиротка Марыся"
2011 (декабрь)- 2012 (январь) - "О кошке Муське, ее четырех сыновьях, а также друзьях и воспитанниках" - 1 рассказ из цикла "Встречи с иными"".
2012 - январь- "Микки по прозвищу Крокодил" - 2 рассказ из цикла "Встречи с иными"
2012 - апрель совместно с А. Бояджяном начат регулярный выпуск газеты "Квадрат времени", вначале еженедельный, а начиная с 11 номера - 2 раза в месяц.
2012 - май - "Квадрат времени на фоне реальности" - статья для журнала "Лугоземье"
2012 - октябрь - "Тамагочи" - рассказ
2012 - ноябрь - "Общественный транспорт" - рассказ
2013 - март - "Хомяк" - рассказ
2013- июнь-июль "Влепить пулю в медный лоб?" - НФ детективный рассказ
2015 - май "Проблемы у девушки с ретранслятором" - НФ рассказ
2017 - февраль - доработан  "Транспортер на обочине" - НФ рассказ
2017- февраль - "Снежан" - фэнтези миниатюра
ПУБЛИКАЦИИ
1987г. - "Советская культура" (Москва) №11 24.01.87 - окончание рассказа "Раз в тысячу лет".
"Комсомолец Донбасса" (Донецк) - 7.06.78 - рассказ "Две стороны экрана"
1988г.
"Комсомолец Донбасса"(Донецк) - 31.12.88- рассказ"Приговор"
1989г.
"Юный Ленинец"(Киев) -с 15.02.89 - повесть "Червяк по кличке Тайфун"
1990г.
"Юный Ленинец"(Киев) -с №34 -сентябрь 1990 - ( повесть "Тайфун в закрытом секторе"
"Комсомолец Донбасса"(Донецк) - рассказ "Тринадцатый дубль" (25.05.90), рассказ "Смерть, повремени!"(25.10.90)
"Комсомолец Донбасса" (27.09.90) - отрывок из романа, написанного в соавторстве с Е. Кулинич "Ржавое золото" - "Зуб вампира"
1993 г.
"Время" (18.12.93) (Горловка) - рассказ - "Вечные вопросы"
1994 г.
"Детский мир" (Алчевск)(№1 июнь94) - стихотворение "Бар-рмалей"
"Литературная Горловка" - рассказы "Биофильтр", "Старые книги"(30.12.94), "Заявление" (9.12.94)
1995г.
"Литературная Горловка" - рассказ "Золотая смерть"(20.01.95)
1998 г.
"Скифы" (Донецк) (№3 март-98) - рассказ "Хозяин"
2000 г.
"Вечерняя Горловка" (№2 13-19.01.2000г.) в соавторстве с А.Бояджяном рассказ "Центр мироздания"
"Вечерняя Горловка"(№3 20-26.01 2000г.) - рассказ "Заклинание духов"
"Вечерняя Горловка" (№ 52 28.12 2000-3.01.2001) - рассказ "Алешкино тысячелетие"

ЖУРНАЛЫ
В литературном журнале для семейного чтения "День и Ночь" (№3) - повесть "Вдова узурпатора" в 1996 г.
В литературном журнале "Реальность фантастики" (июнь 2004г.) рассказ "Меню для Фойры".


ЭЛЕКТРОННЫЕ ЖУРНАЛЫ

2012 - июнь - Алина Болото и Альберт Бояджян рассказ "Приманка для шмеля"  и статья Алины Болото"Квадрат времени на фоне реальности" - во  2 номере журнала "Лугоземье",


16 мая 2013 года рассказ Алины Болото "Тамагочи" и Альберта Бояджяна "Рецензия на книгу Балентино Гарденини" опубликованы в 1 номере  журнала "Лугоземье" луганского КЛФ за 2013 год

10 сентября  2013 года детективный НФ рассказ Алины Болото "Влепить пулю в медный лоб?"  и ее же  статья "Алым парусам - 90 лет" были опубликованы во 2 номере журнала "Лугоземье" за 2013 год.

КНИГИ
Рассказ "Убежище" в сборнике "Фэми-Фан" издательство "Таврия", Симферополь - 1990год. 
Повести "Червяк по кличке Тайфун!" и "Тайфун в закрытом секторе" под общим названием "Тайфун в закрытом секторе" в одноименном сборнике издательства "Молодая гвардия", Москва, 1992 г.

Рассказ "Тамагочи" в  сборнике "Золотые струны сердец Донбасса" в издательстве «ЛАНДОН-ХХI»,  Донецк, 2013 г.

Авторские сборники
Сборник "Краще сидіти вдома" ( на укр.яз.) в издательстве "Зелений пес" (Киев) 2005г. (содержание: "Лот для вінегрету", "Черв*як на прізвисько Тайфун", "Краще сидіти вдома або Тайфун у закритому секторі")
Сборник "Твоя Мария і Кіб" (на укр. яз.) в издательстве "Зелений пес" (Киев) в 2005 г. (содержание: "Твоя Марія і Кіб", "Меню для Фойри", "Рейс поза розкладом")
Сборник "Вдова узурпатора" (на укр. яз.) в издательстве "Зелений пес" (Киев) 2005 г. (содержание: "Вдова узурпатора", "Пачка маргарину", "Притулок", ("Відкриття Америки"- в соавторастве с А. Бояджяном), "Хазяїн"
Сборник "След Фата-морганы" в электроннном виде в идательстве "Дельта-инфо" 2012 г.(содержание "Транспортный пилот", "След Фата-морганы"
Сборник "След Фата-морганы" .  в издательстве «ЛАНДОН-ХХI»,  Донецк, 2012 г.


СПЕКТАКЛИ (новогодние по моим пьесам для детей)
1986 г - "Внимание - пираты" (Горловский театр "Юность")
2001 г. "Магистр времени" ("Молодежный театр КСКЦ «Стирол»)

С. Иванов "О творчестве Алины Болото" (предисловие к повести "Вдова узурпатора")

С. Иванов
О ТВОРЧЕСТВЕ АЛИНЫ БОЛОТО
"Тот, кто бродил по Стране Фантазии, вероятно, может считать себя счастливым, но если он пытается рассказать о том, что видел, само богатство впечатлений и непривычность их связывают ему язык".
Эти слова Дж. Р.Р.Толкина из его эссе "О волшебных сказках" как нельзя лучше отражают впечатления читателя от чтения фантастики и ту тонкую, почти неуловимую границу, которая отделяет человека, способного воплотить свои фантастические миры в рукописные строчки от читателя, то есть индивидуума, вполне возможно, с более развитым воображением, способным создавать своей фантазией странные Вселенные и чудесные существа, но не обладающим удивительным талантом переносить свои мысли на бумагу.
Богатство впечатлений от блужданий по Стране Фантазии никогда не свяжет язык настоящим мастерам. Их призвание — раскрывать очарование странных игр в таинственных мирах. В этой книге вы встречаетесь с одним из проводников по чудесной Стране Фантазии — писательницей Алиной Болото.
Алина Болото принадлежит, к сожалению, к несчастливому поколению российских (украинских) писателей-фантастов. Конец 80-х и 90-е годы ознаменовались в издании фантастики приливом переводов зарубежных авторов. Это был хаос — иначе не назовешь. В погоне за легкими деньгами десятки, сотни доморощенных издательств печатали сотни, тысячи книг зарубежных фантастов, переводы которых ранее ходили в так называемом "самиздате", детище самодеятельных КЛФ (клубов любителей фантастики). Немногие переводы профессионалов терялись в потоке халтуры. А уж книги отечественных авторов отодвигались в издательствах на второй план — ведь, прежде всего надо было напечатать Р.Хайнлайна, Р.Желязны, К.Саймака, Ф.Фармера и многих других.
Когда же появились издательства, печатающие русскоязычных писателей-фантастов, то в число наиболее печатаемых писателей, конечно же, попали участники известного семинара братьев Стругацких: А.Столяров, А.Измайлов, С.Логинов, В.Рыбаков и др.
В начале 90-х любители фантастики обратили внимание на две публикации автора из города Горловки Донецкой области — Алины Болото. Первая — повесть "Убежище" в сборнике "Феми-Фан" издательства "Таврия» (Симферополь), вторая - повесть "Тайфун в закрытом секторе" в одноименном сборнике издательства "Молодая гвардия» (Москва).
Критики сразу отметили незаурядный талант молодой писательницы, умение создавать увлекательный сюжет, запоминающиеся характеры и динамичный, емкий язык произведений.
Русскоязычным писателям не привыкать писать "в стол". Причин этому множество, в том числе и характерные для нашего общества, о которых уже столько писалось. Еще одна причина, о которой тоже упоминалось — засилье переводов англоязычных авторов. Не исключение из этого правила и Алина Болото. Столько написать со времени последней публикации — и только недавно пришла к читателям одна из последних повестей писательницы — "Вдова узурпатора". Первое издание — в красноярском журнале... Второе — перед вами.
Самый квалифицированный критик — это читатель. Поэтому — читайте, составляйте свое мнение.
Сергей Иванов, эсквайр. 20 февраля 1997 года.

Алина Болото "Меню для Фойры"



АЛИНА БОЛОТО
Автор благодарит Альберта Бояджяна за идею Фойры

МЕНЮ ДЛЯ ФОЙРЫ


1
- Попутчика возьмете?
Даруа Ватиш поднял глаза и увидел пепел собой человека в песочного цвета комбинезоне (такие комбинезоны обычно носят ремонтники базы и смотрители маяков). Лицо человека показалось Ватишу знакомым, но он еще слишком мало прослужил на “Талане”, чтобы запомнить всех его сотрудников.
- Нам запрещено брать попутчиков.
- Разрешите, я присяду?
Не дожидаясь ответа, незнакомец придвинул к себе стул и щелкнул пальцами официанту. Тотчас же на столе появилась еще одна тарелка со стандартным набором пищи. Незнакомец с аппетитом принялся за еду, а Ватиш нехотя затолкнул в рот остатки салата. Сегодня у Даруа определенно не было настроения и, если бы не традиции, ноги бы его не было в кают-компании “Талана”. (Перед рейсом принято обедать со всеми, свободными от вахты - считается, это способствует развитию дружеских отношений. Пока что это способствовало несварению желудка у Ватиша, потому что салат явно был сдобрен слишком жирным соусом).
Тут в кают-компанию ввалилась группа парней с трансгалактического рейса, и сразу стало шумно. Гигантский лайнер один занял четыре восточных причала, переключил на себя половину обслуживающей “Талан” техники и послужил косвенной причиной того, что Ватиша в рейс отправляли на несколько часов раньше, чем планировалось. База-маяк нуждалась в свободных причалах.
Забегали официанты, разнося фирменное пиво и расшвыривая по столикам тарелки с едой. Ватиш дожевал салат и перешел к овощному супу, поневоле прислушиваясь к громкому разговору за соседним столом.
-... Элементарный пульсирующий мираж! - сердито кричал коротышка в форме запасного пилота.
- Какой там мираж?! - упорствовал его противник. - Ни одна система слежения ничего не зафиксировала! Это чистейшей воды галлюцинация!
Коротышка сердито фыркнул и всадил вилку в синт-блюдо, закамуфлированное под баранину... По-твоему, я похож на психа?.. - Тут его рука слегка дрогнула, так как синт-блюдо вдруг зашевелилось, вместе с воткнутой в него вилкой выскользнуло из тарелки и лихо соскочило со стола. Сидевший рядом с Даруа незнакомец сдернул со стола салфетку, набросил эту импровизированную сеть на улепетывающую баранину и после недолгой возни извлек из-под салфетки клубок, похожий на коричневый персик. Клубок развернулся и оказался чуть ли не целиком состоящим из оскаленной остренькой мордочки с голубыми глазами. “Кырь!” - сердито пискнула мордочка и вцепилась в палец охотника. Незнакомец охнул и поспешно опустил добычу перед запасным пилотом:
- Ваш хищник!
- Извините, не мой! - пилот проворно отдернул руку.
- Чей же? - в недоумении обратился охотник к залу.
Кают-компания притихла. Посетители, переглядываясь, по очереди пожимали плечами.
- Может, кто из наблюдателей везет? - неуверенно предположил коротышка.
- Чуть что, сразу наблюдатели?! - возмущенно выкрикнули из зала. - Трюмы надо контролировать! Вечно на фильтрах экономят!
- Если никто не возражает, я возьму его! - незнакомец быстро переставил тарелку с недоеденной бараниной на свой столик. - Официант еще одно блюдо за мой счет - пилоту!
Синтбаранина появилась перед коротышкой, причина секундной заминки тут же была забыта, и спор вспыхнул с новой силой. Ватишу понравился поступок незнакомца, понравилось и то, как он быстро угомонил рассерженного любителя дармовой пищи, подсунув большой кусок под влажный розовый нос. Бараноед вдохновенно зачавкал.
- Сталкивались с такими? - спросил Ватиш, имея в виду зверя.
- Нет, но всегда полезно завести новых друзей среди братьев по разуму.
- Вы думаете?..
Незнакомец широко улыбнулся.
- Молодой человек, думает мое начальство, а я просто контактирую. Хотите пива?
- Ваш корабль загружен! - сообщил Ватишу пробегающий официант.
- Вы куда летите? - спросил Даруа, отодвигая тарелки и вставая.
- Нготени.
- Я высажу вас на орбитальной станции, а спускаться будете сами.
- Идет! - незнакомец быстро рассчитался, прихватил бараноеда вместе с тарелкой и отправился вслед за Ватишем.

2
Транспортному пилоту Даруа Ватишу от роду было девятнадцать лет, и в транспортники он попал только потому, что в косморазведку брали после двадцати пяти и с хорошим летным стажем. Стаж у Ватиша был, но на обычных кораблях, а не на биоэлектронных. А достался ему именно такой, списанный по возрасту из косморазведки, за инвентарным номером Ба-25783, в просторечии именуемый “Барсом”. Кстати, именем горного хищника называли не столько сам корабль (металлическую оболочку, набитую техникой), сколько его биоэлектронный центр, управляющий корабельными системами.
Чаще всего Барс использовался для полетов в беспилотном варианте, и лишь после очередного выпуска летной школы обретал командира. Даруа Ватиш был для него двадцать четвертым командиром по счету, а сам Барс для Ватиша был всего лишь вторым кораблем. На первом Ватиш проходил практику.
Самое сложное (для Ватиша) оказалось то, что Барс участвовал в освоении сектора Б и хорошо помнил двух первых своих капитанов. Косморазведчиков.
Барса можно сравнить со старым рядовым солдатом, служившим под командой прославленных полководцев. А теперь ему присылают юнцов и велят им подчинятся. Барс, конечно, подчинялся, но порою он “рыскал” на курсе, переговаривался со встречными кораблями и не вовремя включал бортовые огни.
Поднявшись на борт, Даруа вместе с гостем направился в рубку, но дверь почему-то оказалась закрытой.
- В чем дело, Барс?! - Ватиш устремил грозный взгляд на переговорное устройство.
- На борту посторонние. Посторонним вход в рубку запрещен!
Давно Ватиша так не позорили, но не успел он открыть рот, как незнакомец шагнул к переговорному устройству.
- Александр Конов. Личный номер семьсот сорок семь.
Дверь немедленно въехала в стену, и Барс почтительно произнес:
- Добро пожаловать, Александр!
“Черт побери! - подумал Даруа. - Со мной он таким вежливым не бывает!”
В рубке Александр с удовольствием осмотрелся:
- Давненько я не летал на биэлах!
- А форма у вас не летного состава?! - удивился Даруа.
- А на биэлах не только пилоты летают.
Ватишу очень хотелось спросить о профессии попутчика, но постеснялся. Сам скажет, если сочтет нужным.
- Извините, я не удосужился узнать ваше имя, - Конов вопросительно глянул на Ватиша.
- Дар... Даруа Ватиш.
- Очень приятно. Дар, если можно, я прошел бы в каюту? Честно говоря, я вторые сутки на ногах. Устал зверски!
Едва гость вместе с бараноедом покинул рубку, Ватиш обернулся к пульту.
- Кто это, Барс?
- Александр Конов! - сообщил биоэлектронный бог и отключился.

3
С появлением на борту Конова Ватиш окончательно потерял покой. Пересекая оживленный трассы, Даруа брал управление на себя и все равно не избежал сюрпризов. При подходе к четвертой планете Альфы Ватиша вызвал на связь диспетчер и устроил разнос за посторонние разговоры в эфире, хотя Даруа и рта не раскрывал. Во время стыковки с орбитальной станцией предназначенные к выгрузке контейнеры оказались на месте раньше, чем в трюм спустился автоматический грузчик. Во время встречи с кораблем косморазведки бортовые огни не включались до тех пор, пока первым не отсалютовал разведчик. Мелочи, но досадные.
Впрочем, Конов, кажется, ничего не замечал. Он проявлял абсолютное равнодушие как к славному прошлому корабля, так и к героическому будущему его пилота. Целыми часами гость просиживал в фильмотеке, где рвали на себе волосы непонимающие друг друга герои или скитался по планете огнедышащих червяков доблестный Мунвах.
Бараноед оказался более общительным. Однажды явившийся на вахту Ватиш застиг его за уродованием корабельного имущества. Бараноед заметно подрос с тех пор, как они виделись в последний раз и до переключателей дотянулся без особого труда. Все объекты синего цвета он просто пооткусывал.
Как в похожем случае должен поступать человек, знакомый с основами космической дипломатии? Ватиш поступил иначе: схватил то, что попало под руку, и швырнул в преступника. А под руку попалась диск-карта здешнего района. Бараноед подозрительно оглядел плюхнувшийся рядом предмет, неторопливо взял его в зубы и был таков.
Конечно, ничего особенного на диске не было, но он являлся корабельным имуществом, и Ватиш бросился в погоню. Они промчались по длинному коридору жилого отсека мимо закрытых кают и пустых лабораторий. Грохот при этом стоял такой, словно за конским табуном гналась волчья стая. Причем, стаю вопреки очевидным событиям изображал бесшумно бегущий бараноед, а вот спецобувь Ватиша громыхала нещадно.
Мало кто ловил за выдру, несущуюся со скоростью гепарда! А Даруа попытался. Споткнувшись у самого перехода, он еще метра два проехал на животе по гладкому полу грузового отсека, а бараноед тем временем скрылся. Ловить зверя на трех палубах “Барса” среди многотонного оборудования - это не совсем то, что в пустом коридоре. Ватиш в величайшей досаде стукнул кулаком по полу и поднялся.
- Занимаетесь новым видом спорта? - поинтересовался неожиданно возникший откуда-то Конов.
- Ваш приятель уволок мою карту! - сердито пожаловался Ватиш.
- Он всего лишь хотел поиграть! - предположил Конов. - Непонятно, правда, как он выбрался из закрытой каюты?!
Выбраться из каюты не смог бы уж очень упитанный кот: для изящного бараноеда протиснуться в такую дыру было парой пустяков. Вот только откуда в переборке взялась дыра? Осмотрев отверстие, Конов тихонько присвистнул и потрогал пальцем рваные края изоляционного слоя. Отверстие находилось на самом уязвимом месте, где когда-то была пробоина.
- Если ваш зверек прокопал это своими крошечными коготками, - начал Ватиш, - их надо запатентовать, как новую металлорежущую установку!
Конов посмотрел на пилота с явным интересом.
- Так вы считаете это, - здесь он ткнул пальцем в дефект переборки, - доказательством разумности? - Ватиш энергично кивнул. - Тогда зачем швырять в гостя картой?
Ватиш слегка смутился. Он ничего не сообщал об обстоятельствах пропажи карты. Неужели Барс донес?
- В тот момент я не думал о контакте.
- А теперь?
Теперь Даруа загорелся идеей контакта. Первым делом он приказал Барсу по всем отсекам транслировать устав космофлота в той его части, где говорится о возможных встречах с чуждым разумом. Периодически Барс прерывал свои завывания и на одиннадцати языках Космического Содружества приносил извинения за нетактичное поведение человечества.
Но гость бесследно канул в хаос грузовых отсеков вместе с диск-картой. Ватиш слегка ослабил контроль за проделками Барса и погрузился в изучение материалов о контакте с потенциально разумными. Конов, вначале весьма скептически отнесшийся к затее Ватиша, теперь досаждал ему странными разговорами.
- Послушайте, юноша, - обратился однажды Конов к поглощенному чтением старинных инструкций Даруа, - а зачем нашему гостю понадобилась карта?
Ватиш буркнул нечто невразумительное и перевернул страницу толстого фолианта.
- Нет, в самом деле, для чего ему карта главной трассы сектора Б?
Ватиш оторвался от книги и сердито почесал кончик носа.
- Откуда мне знать? Может его интересуют наши перелеты!
Конов поглядел на тисненые золотом буквы на переплете тома.
- А не думаете ли вы, - начал он осторожно, - что эта карта может быть использована, гм... как бы это сказать, в не совсем благовидных целях?
Ватиш поднял голову: шутит или нет? Лицо Конова было очень серьезно, даже слегка озабочено.
- Не думаю. Таких карт в любом уголке сектора полным полно!
- А если он новичок в секторе?
- Вы полагаете, что, воспользовавшись моей картой бараноеды захватят сектор? Александр, я, конечно, молодо выгляжу, но не надо меня ловить на космофлотовский баснях! Только злобных инопланетян-милитаристов нам тут и не хватает!
- Дар! Я понимаю, что вы - весьма опытный космический волк! - здесь голос Конова сделался необычайно мягким. - Но почему бы вам не изменить тактику общения с собственным кораблем?
Даруа застыл с остекленевшим взглядом, потом медленно произнес:
- Какой же я дурак! Извините, Александр. Конечно же Барс все знает: датчики по всему кораблю! Барс, где сейчас существо, укравшее карту?
- Сидит в рубке и разматывает леванометр.
- Что же ты молчал?!
- А ты не спрашивал, пилот!
Бараноед действительно восседал в капитанском кресле, вокруг расстилались зеленые волны леванометра с аккуратными отпечатками когтистых лап, а неподалеку валялась злосчастная диск-карта. При виде хозяина гость вскочил на спинку кресла, тихо сказал: “Кыр-р, кыр-р!” - и безмятежно голубые глаза его начали темнеть. Даруа остановился. Невесть почему припомнились дыра в переборке и строчка в старинной книге о пришельцах.
- Доброе утро! - поздоровался пилот, хотя по-корабельному был уже вечер.
- Кыр! - ответил бараноед и оскалил маленькие, но острые зубы.
- Мы рады вас приветствовать на борту транспортного корабля, приписанного к флоту сектора Б.
Глаза пришельца стали синими до черноты.
- Если вы собираетесь вступать в контакт...
- Кыр-р, - повторил бараноед и легко соскочил с кресла, не сводя глаза с Ватиша.
Даруа попятился: ему показалось, что гость начинает нервничать, так как шерсть на загривке поднимается.
- Кырь! - вдруг донеслось со стороны экранов.
Гость проворно обернулся и увидел свое собственное изображение, увеличенное в десятки раз. Тем временем к Даруа подкатился корабельный робот и втиснул в руки нечто, напоминающее сырую глину.
- Хищники с планеты Имра предпочитают мясо только что пойманного омникада! - голосом Барса доложил робот и вернулся в свою нишу.
- Кля-рырь! - каркнули динамики.
Бараноед с пронзительным писком ринулся к Даруа и, мгновенно вскарабкавшись по его комбинезону, вцепился в “глину”. Ватиш застыл с протянутой рукой и, пока коричневая зверушка с жадностью поглощала кушанье, не шелохнулся.
- На борту запасов омникада не имеется! - с явной скукой в голосе сообщил Барс. - Я создал аналог.
Покончив с едой, гость удобно устроился на плече Ватиша.
- Барс, откуда у тебя информация об Имре? - осторожно скосив глаза на бараноеда, спросил Ватиш.
- На планете Имра хищники этой разновидности хотели съесть нашего бортинженера... - (Даруа невольно содрогнулся). - Но потом удовольствовались омникадом. - Бараноед коснулся щеки пилота сухим шершавым носом, и глаза звереныша снова стали прозрачными льдинками. - Я сказал ему, что пилот транспортника Ба-25783 - теперь его новая мама.
- Кырь-рь! - нежно проворковал бараноед.

4
Час от часу не легче! Только утряслось дело с бараноедом, теперь проблема с его владельцем. Конову надоели детективы, и он стал захаживать в рубку. Хоть бы сидел молча, но он начал Ватишу лекции читать о принципах управления биэлами! А Барс, негодяй этакий, явно неравнодушен к Конову! Диспетчер межпланетной базы заставил Даруа повторно заходить на посадку из-за того, что Барс внезапно переключил управление на кресло второго пилота, и сигнал подхода не был подан вовремя. Излишне говорить, что во втором кресле сидел Конов.
Фактически, бунт, а наказывать некого. Когда бунтует дом, который тебя кормит, поит, оберегает и при этом ни в грош не ставит...
Грузовые отсеки транспортника опустели уже почти наполовину. Оставшееся предназначалось частично для Нготени, частично для орбитальных станций в системе Болара, где Ватиш будет заполнять трюмы для обратного рейса. Даруа уже прикидывал, как бы ему выгадать время на обратном пути...
Койка судорожно дернулась, издав мелодичный скрежет, и Ватиш проснулся.
- Нас вызывает “Лори”!
Что такое Лори, Ватиш не знал, но, если уж Барс счел нужным разбудить своего пилота, значит, дело того стоило! На ходу протирая глаза, Даруа ворвался в рубку. Центральный экран меланхолично показывал пустоту и звезды, а вот на боковом что-то вырисовывалось. Какая-то точка двигалась по касательной к курсу транспортника.
- Я - “Лори”! Всем, кто меня слышит! Авария на борту, нарушены системы жизнеообеспечения! Жизнь экипажа под угрозой! Просим помощи!
- Я - Барс. Вижу вас. Дайте наводку.
- Говорит “Лори”. Авария. Авария. Просим помощи!
“Не слышат!” - понял Даруа.
- Барс, выходи на стыковку!
Звезды на экранах прыгнули - транспортник обернулся вокруг оси, нацеливаясь на стремительно приближающуюся в пустоте искорку. Биоэлектронный мозг, рассчитав точку, в которой курсы кораблей должны соприкоснуться, бросил свою металлическую оболочку навстречу терпящим бедствие.
- Что за корабль? - поинтересовался тоже появившийся в рубке Конов.
- “Лори”, - нехотя ответил Ватиш, продолжая следить за маневрами Барса.
- Транспортник?
- Не знаю. Надо подойти ближе.
Конов посмотрел на панель управления:
- Барс не узнает его. Не транспортник. Он подавал какие-то опознаватели?
- Нет. Похоже, там работает аварийная связь.
- Аварийка первым делом сообщает данные корабля! Кто должен быть в этом районе?
Ватиш поймал себя на том, что машинально проверяет застежку комбинезона, как во время полета с инструктором. Александр Конов определенно владел командирским голосом.
Даруа потянулся к диск-карте и сверил время полета. Похоже, что в это время маршрут Барса ни с кем не должен был пересекаться.
- Дар, вели Барсу вызвать “Талан”! Пусть уточнят характеристики “Лори” и маршрут!
Ватиш машинально повиновался, не отрывая взгляд от приближающейся на экране точки. Вот-вот траектории курса кораблей соприкоснуться! Вот Барс выравнивает скорость и нацеливается на стыковочный узел “Лори”!..
- “Талан” сообщает, номер корабля и маршрут! - скрипучим голосом заговорил биоэлектронный центр. - “Лори” - прогулочное судно. В момент отлета на борту было пятеро членов экипажа и двадцать один пассажир. Шестеро детей. В настоящий момент яхта должна была находится на подлете к Нготени, но диспетчеры потеряли с ней связь около двенадцати часов назад. Аварийный вызов никто кроме нас не принял. “Талан” просит пилота Ватиша оказать посильную помощь терпящему бедствие судну. С Нготени будут высланы спасатели.
Едва скорости окончательно уравнялись, Барс совершил рывок и мертвой хваткой вцепился в стыковочный узел корабля, с борта которого по-прежнему летел призыв о помощи.
Ватиш и Конов столкнулись при выходе из рубки.
- Капитан не должен покидать корабль! - напомнил Конов. - Я сам поднимусь на борт “Лори”!
- Но официально я на транспортнике один! “Талан” меня просил оказать помощь!
- Дар, вы еще успеете совершить подвиг. Я поднимусь на борт, определю степень повреждений и доложу вам. Возможно, нам придется работать вдвоем.
Какое-то время они мерили друг друга взглядами, потом Даруа уступил.
- Держите со мной постоянную связь.
Конов кивнул и отправился одеваться. С учетом возможных повреждений герметичности оболочки яхты следовало надеть скафандр.
Какое-то время Ватиш сумрачно взирал на экраны. Долгое время он мечтал, как проявит себя во время нештатной ситуации и заслужит право на досрочное зачисление в косморазведку. И вот она, нештатная ситуация, а он сидит на старом корабле и пялится в экран! А подвиги, между тем, совершают другие!
- Барс, Конов из отдела безопасности “Талана”?
- Александр Конов - бывший косморазведчик, а ныне просто наблюдатель. Он имеет статус Космического Ветерана Первой Ступени.
Щеки Ватиша залила алая волна. Ему стало нестерпимо стыдно, что косморазведчик так легко разгадал мальчишеские мечты пилота. И в истории с бараноедом, кажется, он выглядел не лучшим образом...

5
Едва только Конов приблизился к шлюзовому отсеку “Лори”, вспыхнули входные светильники, и отворился люк. Конов переступил порог и тут же взмыл к потолку: система искусственной гравитации не действовала. Впрочем, она всегда выходит из строя первой! Конов активировал магнитные присоски скафандра и сообщил невидимому Ватишу:
- Я вхожу.
За пределами шлюза освещение отсутствовало. Конов включил прожектор в скафандре, но луч скользнул по стене коридора и утонул в мареве фосфоресцирующих светлячками контрольных панелей. Конов чуть поежился под защитной броней скафандра (ему никогда не нравились светляки и гнилушки) и шагнул к приборным панелям. Содержание кислорода в норме, давление в норме, герметичность оболочки корабля не нарушена, топливный отсек в норме. Гравитация отключена.
- Ватиш, похоже, корабль не поврежден.
- А что с людьми?
- Пока не видно. Иду дальше.
Идти было несколько тяжеловато, но гравитацию Конов активировать не стал, возможно, ее отключение как-то связано с состоянием здоровья людей. В некоторых случаях врачи рекомендуют невесомость.
Когда Конов покинул входной коридор, по глазам ударил яркий свет, и Конов машинально опустил светофильтр. Дымчатая поверхность фильтра оказалась поврежденной, и Конов подумал, что скафандром давно никто не пользовался.
Конову не случалось бывать на прогулочных яхтах, но он был абсолютно уверен, что отделка внутренних переборок под красное дерево не характерна для большинства из них.
- Дар, кто владелец этого сундука?
- Отто Симсон. Хозяин металлопроизводящего концерна “Гента-40”.
-Оп-па!
- Что случилось?
В стекло гермошлема Конова ударился остроносый предмет. Александр накрыл его металлической перчаткой скафандра, и через секунду задумчиво созерцал модельную дамскую туфельку на тонюсенькой шпильке.
- Дар, вы знакомы со сказкой о Золушке?
Даруа запнулся.
- Не понял вопроса.
- Ничего особенного. Я только что нашел туфельку. Сколько на яхте женщин?
- Восемь человек.
Навстречу Конову вперемешку плыли еще туфли, тюбики с губной помадой, скомканная одежда, журналы и детские мячи. Все это неспешно дрейфовало, подчиняясь незримым течениям вентиляции. Конов проследил глазами источник выброса вещей и увидел пожилую даму, с азартом швыряющую в его сторону старинные часы. На даме был надет комбинезон с нашивками капитана корабля. Лицо дамы выражало откровенный восторг. Часы в виде будильника докосмической эры, кувыркаясь пролетели мимо щеки Конова.
- Дар, с людьми, кажется, проблемы. Похоже, у некоторых нарушена психика.
- Александр, не снимайте скафандр! Возможно, это - вирусная инфекция!
Как минимум, две из известных Конову инфекционных болезней могли привести к серьезному повреждению рассудка.
- Все в порядке, Дар, я в скафандре. Проверю состояние остальных!
Дама, что-то восторженно щебеча, повисла на шее Конова и попыталась запечатлеть поцелуй на стекле шлема. К счастью, помада на ее губах была из разряда стойких, и шлем отделался мокрым пятном.
- Я разделяю ваши чувства, мадам! - громко сказал Конов и осторожно поймал старуху за талию. Женщина в недоумении показала на уши, и Конов включил внешнюю акустику: - Мадам, а где же остальные?
- Остальным надоело играть! Вы сыграете со мной в баскетбол?
- Непременно, мадам, но прежде я должен встретиться с капитаном вашего корабля! Вы поможете мне его найти?
“Мадам” гневно влепила пощечину скафандру Конова, отчего сама отлетела на пару метров. Конов не стал ее удерживать и, вяло отмахиваясь от града поплывших в его сторону предметов побрел в сторону капитанской рубки.

6
“Лори” не был биэлом, на нем стояло стандартное оборудование для полетов в освоенной зоне. Первым делом Конов прошел к пульту управления и включил гравитацию. Будет быстрее, если он обследует яхту обычным порядком. Движение на присосках - не самый быстрый способ ходьбы.
Вслед за включением гравитации сквозь внешнюю акустическую систему скафандра донесся грохот и каскады проклятий. Вероятно, кроме шаловливой старушки на борту находились и другие пассажиры. Но где же экипаж?
Конов проверил бортовой журнал, но последние записи оказались стертыми. Судя по показаниям приборов, единственной проблемой яхты было истощение запаса пищевых концентратов. Подходил к концу не только основной, но и аварийный запас. Каждый из пассажиров ел за троих.
Конов проглядел данные по медицинскому отсеку, но не нашел никакой информации о предполагаемой эпидемии. В ближайшие несколько суток лечить никого не пытались.
- Ну что там, Александр, нашли что-то?
- За исключением того, что отсутствует вахта, ничего особенного. Передатчик настроен на аварийную волну, но в записях кто-то порылся: изъяты целые куски. Продолжаю осмотр, направляюсь на поиски людей.
За дверью командного отсека Конова встретил хаос. Беспорядок в коридоре с игривой бабушкой был лишь слабой копией того, сквозь что Конову пришлось пробираться теперь. Как попало разбросанная одежда, мячи для гольфа, картины, наборы океанских раковин, старинные и современные книги, детские звездолетики, инструменты, расчески, секс-игрушки, накидки для кресел - такое ощущение, что все это было выброшено владельцами и стихийно дрейфовало по кораблю, а теперь оказалось лежащим на полу, специально, чтобы затруднить Конову дорогу.
Когда Александр едва не наступил на излучатель, он нагнулся и подобрал его. На стволе стояла маркировка охотничьего оружия: мишень и оленьи рога. Конов не без зависти осмотрел кнопки диапазона: когда-то он сам мечтал о подобном оружии, но в возрасте Ватиша Конову такие игрушки были не по карману, а теперь за обыденной суетой он совсем забыл о былом увлечении охотой. Александр засунул излучатель в кобуру скафандра и пообещал себе обязательно вернуть оружие владельцу.
До жилого отсека Конов не дошел совсем немного: перед ним оказалась распахнутая дверь кают-компании.

7
Даруа Ватиш тоскливо смотрел на застывшее на экране изображение стыковочного узла “Лори”. Во время учебы инструктор заставлял курсантов по памяти изображать особенности стыковочных узлов кораблей различных типов. Узел “Лори” больше всего напоминал ромашку, а это значит, что он мог соединяться не менее, чем с восемью единицами флота, образуя стационарный комплекс. Неплохо жил Отто Симпсон, если он мог в любой момент основать поселение в космосе.
- Дар, принимай гостей!
- Что?! - Даруа задумался и не сразу отреагировал на голос Конова.
- Возьми детей из шлюзового отсека!
- Сейчас! - Ватиш машинально глянул на показатели шлюза и увидел пять столбцов цифр. В шлюзовом отсеке находились пятеро.
Едва створка двери ушла в стену, Дар увидел Конова с открытым забралом шлема. На руках у Конова сидела крошечная девчушка в оранжевом комбинезончике с изображением волшебного суута. Тонкие льняные волосы девочки выбились из небрежно заплетенной косы и стояли дыбом, на замурзанном личике виднелись дорожки от высохших слез. К ногам Конова жались двое мальчишек примерно одного с девочкой возраста. На руках один держал весьма упитанную болонку, а второй крепко прижимал к груди новейший гравитационный конструктор.
- Вот это - дядя Дар! - жизнерадостным голосом сказал Конов. - Сейчас он вас покормит и поиграет с вами! - Болонка злобно тявкнула. У Дара упало сердце: общаться с детьми он не умел. Конов передал девочку Дару и дружески потрепал мальчишек по плечам: - Сейчас дядя Дар покажет вам наш корабль!
Болонка внезапно взвизгнула, вывернулась у мальчика из рук и с пронзительным лаем помчалась по коридору. Обернувшийся Ватиш увидел мелькнувший хвост бараноеда и с робкой надеждой подумал, что бараноед может и не принять собачонку за омникада. В противном случае стоимость собаки несомненно вычтут из пилотского жалования.
- Что там? - спросил Ватиш, кивая в сторону “Лори”.
- Похоже они все на хорошей дозе! - хмуро ответил Конов. - Включая экипаж. Сплошная вакханалия веселья. Сейчас я кого-нибудь поймаю и возьму кровь на анализ. Пока прибудут спасатели, возможно, мы будем уже знать, чем эти яхтсмены накачались!
- Помочь?
- Да, пожалуй, сам справлюсь. Они не буйные. Займись детьми!
Конов поднял сжатый в приветствии кулак и исчез в шлюзовой камере. Владелец болонки дернул Ватиша за карман:
- А вы, дядя, не бойтесь! Микки вашего кота не съест!
Даруа улыбнулся как можно шире, и подумал, что он-то за своего “кота” ручаться не может.

8
Кают-компания “Лори” могла вместить не двадцать человек, а вдвое больше. Громадный стол занимал центральную ее часть. Но сегодня на столе расположились, не дежурные блюда космофлотовской кухни, а весьма причудливые композиции из обнаженных тел. Шесть пар занимались любовью под мелодичное чириканье музыки “денджу”. Конов хмыкнул и включил на полную мощность акустическую систему скафандра.
- Есть здесь владелец яхты Отто Симпсон?! - рявкнули динамики гермошлема.
Никто даже не обернулся. Конов прошел несколько шагов вперед и оторвал от блондинки крепкого мускулистого парня. Парень, не глядя, попытался врезать Конову в челюсть, и взвыл от боли, тряся ушибленной рукой. Блондинка гневно заверещала и попыталась укусить руку Конова, но скафандр успешно отразил и эту атаку.
- Вы, дети греха, где капитан или хозяин яхты?!
Кто-то сзади прыгнул Конову на плечи, Александр нагнулся, сделал молниеносное движение, и нападавший рухнул в сдвинутые кресла. Женщины хором завизжали, музыка оборвалась.
Конов обвел глазами кают-компанию, отметив про себя, что трое участников сексуального пиршества несомненно несовершеннолетние. Лишь один из мужчин по возрасту годился прочим секс-марафонцам в дедушки. Именно к нему и направился Конов, отбрасывая с дороги детали одежды.
- Вы - Отто Симсон?!
Сластолюбец отчаянно замотал головой, пытаясь прикрыться от Конова телом партнерши.
- Я - Нешис! Атейри Нешис!
- Где Симсон?
- В оранжерее!
- Цветочки нюхает?
На вопрос никто не ответил, спихнув с себя партнершу - Нешис скрылся под столом. Конов развернул к себе партнершу - девочку лет двенадцати:
- Покажи мне оранжерею!
Девочка заплакала, отталкивая Конова и пытаясь прикрыться руками. Конов нагнулся, подобрал с пола комбинезон и швырнул ей. Все еще плача, она натянула одежду, сползла со стола и заковыляла к двери. Конов последовал за ней, но у двери обернулся и произнес:
- Надеюсь, я вас не слишком обеспокоил?!
В ответ грянула “денджу”, и пары вернулись к прерванному занятию.
9
Девочка, спотыкаясь, брела впереди по коридору. Конов попытался заговорить с ней, но она испуганно шарахнулась и вновь залилась слезами. Тогда Конов оставил попытки и просто стал распахивать двери кают. Две из них оказались пусты, третья заперта, а у двери четвертой он увидел ничком лежащую на полу темноволосую женщину. Конов подскочил к ней и перевернул. Женщина оказалась мертвой. Следы пальцев на шее говорили об удушении.
Пока Александр осматривал тело, послышался топот маленьких ног: проводница сбежала. Александр шепотом выругался, опустил тело на пол, толкнул дверь каюты и убедился, что она заперта. Конов со злостью ударил ее металлическим кулаком и услышал в ответ отчаянное тявканье. Похоже, в каюте закрыли собаку.
Конов еще раз наклонился над телом. Женщина лет тридцати была одета в дорогое темно-синее платье. Тонкие руки украшали аметистовые браслеты, к одному из них был пристегнут ключ. Конов снял пластинку и поднес ее к замку, замок пискнул, собачонка в каюте залаяла еще громче.
Дверь вдавилась в стену, и Конов увидел направленный на себя излучатель. Короткоствольный. Не охотничий. Подскочившая болонка яростно вцепилась в ногу Александра, но наткнувшись на металл, взвизгнула и отскочила.
Конов перевел взгляд на сжимающие излучатель руки и увидел, что они дрожат. Две маленькие ручонки, с трудом удерживавшие тяжелый излучатель, дрожали.
- Все в порядке, парень! - сказал Конов. - Я - друг!
Излучатель выстрелил. В ту же секунду Конов совершил прыжок, и вышиб оружие из рук мальчугана. Если бы не дрожь в руках юного стрелка, в этот раз скафандр Конову не помог бы. От выстрела в упор скафандры этой системы не спасают.
Болонка, визжа и хрипя от злости атаковала ноги Александра, и он чуть не упал, споткнувшись об увесистое тельце. Обезоруженный мальчуган закричал и заплакал, пятясь от фигуры в скафандре. Плохо соображая, что делает, Конов отбросил забрало шлема, опустился на колено и протянул руки:
- Не бойся! Не бойся! Все хорошо! Я тебе ничего не сделаю!
Малыш пятился до тех пор, пока не уткнулся в стену, на секунду замолк, захлебнувшись плачем, а потом закричал отчаянно и жутко:
- Не надо, дядя!
Воспользовавшись моментом, болонка подскочила и щелкнула зубами перед самым носом Конова: Александр едва успел откинуть голову. Опасаясь еще больше напугать ребенка, Конов просто схватил несносное животное на руки и позволил ему грызть свои перчатки.
- Какая у тебя сердитая собака! - сказал он мальчику. - Как ее зовут?
- М-мик-ки! - сквозь слезы пробормотал юный стрелок.
- А тебя как зовут?
- Петер.
- Петер, я надеюсь, ты мне расскажешь, кто тебя научил стрелять по дядям?
- М-мама!
- Петер, честное слово, я не сделаю тебе ничего плохого!
Болонка вертелась ужом, и Александр прикладывал значительные усилия, чтобы с одной стороны не придавить ее слишком сильно, а с другой - не выпустить. Со стороны это выглядело препотешно, и мальчик засмеялся сквозь слезы.
- Петер, можно я встану?
Мальчик кивнул, Конов поднялся, все еще прижимая к себе собачонку.
- Мама ушла и велела тебе стрелять, если кто-то войдет? - Мальчик снова кивнул. Конов с беспокойством подумал о женском теле за дверью. Лучше будет убрать его, пока ребенок не увидел. - Ты здесь один?
- Мама сказала, что приведет Литу и Андреса, но ее так долго нет!..
- А где Лита и Андрес?
- Рядом в каюте. Мама закрыла их до возвращения тети Ненси, но тетя не пришла, и мама сказала, что мы пока будем жить вместе!
Конов лихорадочно пытался вспомнить, не видел ли он еще одного ключа на браслете убитой.
- Петер, я сейчас приведу Литу и Андреса, а потом отведу вас всех в гости на мой корабль! У меня там очень интересно!
Малыш перестал плакать.
- Я без мамы не пойду! Она мне не велит одному никуда ходить!
- А ты будешь не один! - возразил Конов. - Ты будешь вместе с Литой и Андресом! Позови собаку!
- Микки!
Услыхав зов хозяина, собачонка начала вырываться еще отчаяннее, Конов наконец разжал руки, и позволил болонке вернуться к мальчику.
- Петер, я сейчас тебя снова закрою, но ненадолго! Найду Литу и Андреса и вернусь!
- И маму, - тихо попросил мальчик. - Найдите мою маму.
- Обязательно! - Конов постарался максимально загородить проем двери. - Я очень быстро вернусь!
Только выйдя, он вспомнил, что оставил отлетевший излучатель лежать в углу под койкой.

10
Второго ключа на браслете не было. Конов обшарил окрестности, но за время периода невесомости мелкий предмет мог оказаться где угодно. Несколько секунд Конов простоял в задумчивости, потом вспомнил про охотничье оружие. Если отрегулировать его на минимальный выброс, можно использовать излучатель, как резак!
Гнусно запахло паленым пластиком, на потолке предупредительно замигал сигнал противопожарной системы, в двери соседней с Петером каюты образовался аккуратное отверстие. Конов отключил излучатель, сунул в отверстие металлический палец и хорошенько нажал. Дверь ушла в стену.
Помня о предыдущем опыте, Александр не стал врываться в каюту сразу.
- Лита, Андрес, вы здесь?!
- Кто там? - робко донеслось из каюты.
- Дядя Алекс!
Тут взгляд Конова упал на мертвую женщину. Вряд ли ему что-то удастся объяснить испуганным детям. Конов торопливо поволок труп к следующей каюте, искренне надеясь застать ее пустой. К счастью, так оно и было. Александр втолкнул труп под койку, обернулся и тут увидел на прикроватном столике статуэтку Будды. Бронзовый Будда, закрепленный магнитными держателями, загадочно взирал в пространство. Конову показалось, что бог смотрит прямо ему в лицо, чуть заметно улыбаясь растерянности чужака. Конов тряхнул головой, отгоняя наваждение, и тут бог шевельнулся! Конов пулей вылетел вон, он оказался в соседней каюте прежде, чем понял, что это произошло. Двое ребятишек: мальчик и девочка со страхом уставились на незнакомца.
- Я - дядя Алекс! Сейчас мы возьмем Петера и пойдем ко мне в гости на корабль! Корабль зовут Барсом. Там очень интересно!
Конов говорил без остановки, при этом он успел засунуть в кобуру излучатель, который все еще держал в правой руке, бросить взгляд на изуродованную дверь, понять, что вдребезги разбитый фарфор - это следствие подключения гравитации, и с облегчением констатировать, что дети не вооружены.
- Где мама? - спросила малышка со вспухшими от слез веками. Мальчик ничего не сказал, но устремил на Конова взгляд суровый и требовательный.
- Мама занята, она прийдет к нам на корабль чуть позже! Сейчас вы пойдете поиграть с дядей Даром. Он очень хороший дядя. И очень любит играть.
- Лита хочет есть! - сообщил Конову мальчик, поднимая с пола коробку с надписью “Гравитационный конструктор”. - А я возьму это с собой!
- Конечно-конечно! - Конов подумал было о том, что в коробку надо бы заглянуть, но эта мысль пришла и ушла. Растворилась в воспоминании об улыбке Будды. Что он там говорил, этот древний бог? Что-то о погружении в вечное спокойствие?
Неожиданно Конов обнаружил себя уже в каюте Петера, оказывается они все вместе пришли к Петеру, чтобы забрать его на корабль, где ждет дядя Дар.
А дядя Дар действительно ждал. Особенно, когда Конов сказал ему о том, что надо забрать детей из шлюзового отсека. Дядя Дар ждал вместе с Барсом, но Барс не пытался задавать вопросы, а дяде Дару не терпелось узнать о событиях на “Лори”. Но Александр Конов не имел ни малейшего желания говорить слишком много, ему надо было успеть вернуться и пообщаться с Буддой.

11
По знакомой дороге Конов прошел быстро. На несколько секунд он остановился перед дверью каюты Петера. Что-то нужно было еще сделать, но что? Мысли как-то странно путались в голове Конова, на мгновение он пожалел, что покинул “Барс”. Там все было как-то яснее, проще. А впрочем, вот оно: излучатель! В каюте мальчика остался короткоствольный излучатель. Надо подобрать. Нехорошо, что оружие разбросано повсюду.
Конов переступил порог и остолбенел: брюнетка в темно-синем платье, закинув нога за ногу сидела на койке Петера. В руках женщина держала статуэтку Будды.
- Здравствуйте! - только и смог сказать Конов.
Женщина подняла на него бирюзовые глаза и покачала укоризненно головой:
- Зачем вы взяли мой ключ?
- Но мальчик боялся сидеть один! - пробормотал Конов.
- С ним оставалась собака!
- Но... - Конов осекся и уставился на темные пятна от пальцев на шее матери Петера. - Мне кажется, я схожу с ума! Вы же умерли?
- Ну и что? - равнодушно спросила женщина. - Это дает вам право врываться в чужую каюту?
Конов сжал руками виски и крепко зажмурился. С головой творилось неладное: в затылке ломило, перед глазами мелькали цветные полосы. Очень хотелось пить. Конов облизал языком сухие губы и яростно потер металлическими перчатками вспотевший лоб. Стоп! Почему он не в шлеме?! Когда он сбросил шлем?!
Александр торопливо опустил забрало и вдавил защелку. Цветные полосы перед глазами исчезли, и Конов увидел, что каюта пуста. В углу сиротливо лежал излучатель.
- Черт! Черт! - Конов включил продувку воздушной смеси. - Когда же это я шлем снял? Здесь какая-то зараза в воздухе! Дар!
Даруа не ответил, у Конова екнуло сердце, но он тут же обругал себя последними словами и рванул крышку щитка на боку скафандра. Когда же он успел отключить связь?!
- Дар!
- Что случилось, Александр? - загремел в наушниках голос Ватиша.
- С детьми все в порядке?
- Да. Едят. Собака, правда, гоняет по всему кораблю бараноеда! - (откуда-то доносился отдаленный лай). - Но пока не поймала.
Конов открыл было рот, чтобы предупредить Ватиша об опасности в воздухе “Лори”, но мысль о возможности ошибки в последний момент заставила Александра произнести совсем другую фразу:
- Спасатели с тобой не связывались?
- Пока нет. Вызвать базу?
- Не надо. Все равно еще ничего не известно. Я попытаюсь отыскать кого-нибудь из экипажа!
Окончив разговор, Конов машинально захлопнул щиток, вновь отсекая себе возможность мгновенно связаться с “Барсом”. Сейчас нужно было заниматься поисками команды “Лори”.
Конов торопливо подобрал излучатель, закрепил его в скобе на бедре и отправился искать оранжерею.

12
Александр больше не занимался каютами, хотя в одной из них он увидел играющих в неч мужчин, но одеты они были в гражданскую одежду, и Конов прошел мимо. Никто его не окликнул.
Конов не бывал на частных яхтах, но оранжереи обычно располагались в носовой части кораблей, подальше от рассеянного излучения двигателей. Жилые помещения оборудовались защитными экранами, которые стоили весьма недешево. Мало кто раскошеливался на защитные экраны для оранжерей, и Отто Симсон в этом отношении не был исключением. Оранжерея находилась на носу.
Растения засажены были столь густо, что в двух шагах среди них ничего не было видно. Оглядев разноцветные заросли, Конов включил внешнюю акустическую систему скафандра на полную мощность:
- Есть кто живой?!
Среди шевелящихся и ползающих растений фраза прозвучала несколько двусмысленно. Пара фиолетовых кустарников устремилась к человеку, ожидая подачки. Конов досадливо отмахнулся от попрошаек и повторил вопрос.
- Чего надо? - лениво донеслось в ответ.
Конов засек источник звука и ринулся в заросли, безжалостно приминая металлическими подошвами особо неудачливые экземпляры. На полянке рядом с поливальной установкой Александр увидел человека в форме пилота. Пилот растянулся поперек гигантского листа эйлурии и сосал пиво из банки с маркой “цеки-цеки”. Эйлурия жадно подлизывала капли, ловя их устьицами листа. Конов выхватил банку из вяло стиснутых пальцев и вывернул пиво на эйлурию. Ловя драгоценную жидкость, растение мгновенно свернуло лист, отчего пилот шлепнулся в какой-то бурый с розоватыми цветами кустарник.
- Ща как дам!
Не успел рассерженный любитель пива выбраться из экзотических насаждений и подскочить к Александру - Конов уткнул ему в грудь сразу два отнюдь не растительных ствола.
- А, ну-ка, встань, как на службе положено!
Не ожидавший столь решительного натиска пилот отшатнулся, запнулся за корневище и опять полетел в кусты. Конов терпеливо ждал, пока он поднимется, но излучатели в его руках почему-то дрожали.
- Ты что, сдурел, олух?! - пилот в этот раз не торопился вставать, и даже напротив, пытался углубиться в кусты, но Конов отсек ему дорогу. - Ты что на людей бросаешься?!
- Я сказал: встань!
Пилот нехотя поднялся, утирая ладонью влажные губы. Лицо его было Конову знакомо, и он решил, что пилот - с базы-маяка “Талан”.
- Имя?! Должность?!
- Аванто Сид. Первый пилот.
- Как зовут капитана? Его местонахождение?
- Рамон Боев. Где-то здесь. Медитирует.
- Медитирует? - Конов на мгновение запнулся. - Что происходит на корабле?
- На корабле? - пилот непритворно удивился. - Ничего не происходит. Летим на Нготени. Я - свободен от вахты. Имею право на отдых!
- Помоги мне найти капитана!
Пожав плечами, пилот огляделся по сторонам и направился в заросли, сделав знак Конову следовать за собой. По узенькой тропинке они прошли между разнопланетными растениями и остановились у громадного, усыпанного алыми розами куста. Розы, вернее, то, что напоминало розы, были размером с человеческую голову и отличались необычайной пышностью цветов. У подножия куста в позе отдыхающего Будды расположился седовласый толстяк, из одежды на толстяке присутствовало лишь какое-то подобие набедренной повязки. Глаза толстяка были закрыты, на лице застыло умиротворенное выражение.
- Капитан!
Не открывая глаз, толстяк поморщился, но Конов не дал ему вернуться в нирвану, опустив один излучатель в кобуру, освободившийся рукой он закатил Боеву пощечину. Толстяк опрокинулся на бок, гневно хрюкнул и открыл глаза.
- Я прибыл по вашему аварийному вызову! - сухо сказал Конов. - Что у вас происходит?
- У нас?! У нас все, как обычно! Мы не вызывали аварийку! - толстяк в недоумении оглянулся. - В чем дело, Аванто?!
- Да, понятия не имею! - пилот казался слегка смущенным. - Когда я сменялся, все было в порядке!
Конов только на секунду отвел взгляд, а когда вновь посмотрел на толстяка - увидел бронзового Будду. Большого Будду. В человеческий рост. И этот Будда ласково смотрел на Александра, и что-то спросил, но Конов не расслышал. Будда повторил свои слова, но вновь Александр их не понял. Тогда Будда жестами показал на шлем, и Конов снял шлем.
- О чем ты горюешь, человек?! - спросил Будда.
- Да, нет у меня горя! - ответил Конов.
- Тогда чему радуешься?
- Да, нет у меня радости!
- Так ты достиг просветления?
Конов вогнал в скобу второй излучатель и сел рядом с Буддой.

13
Возможно, детей вначале следовало умыть, а потом накормить. Но Ватиш помнил, как не любил в детстве умываться, и потому просто отвел их в кают-компанию и усадил за стол.
- Меня зовут Петер! - сказал мальчуган, которому принадлежала злобная болонка. - А это - Лита и Андрес.
- Очень приятно! - Даруа старался быть вежливым с гостями. - Вы будете суп или кашу?
- А мороженое у вас есть? - спросил Андрес.
- А мама скоро вернется? - спросила Лита.
Ватиш расстарался, как мог, и Барс создал для детей даже аналог мороженого. Какое-то время они просто ели, и сразу стало заметно, как они проголодались и устали. Лита даже до мороженого не добралась и уснула прямо за столом. Даруа ответил на вызов Конова, а потом отнес ее в одну из пустующих кают и прикрыл одеялом.
Когда он вернулся, ребята разложили на столе детали конструктора и о чем-то оживленно спорили. Даруа отодвинул в сторону крупную алую розу, лежавшую между тарелок, поставил локти на столешницу и занялся осторожным расспросом. Дети отвечали неохотно. Из их рассказа Ватиш понял, что люди на “Лори” вдруг почему-то стали себя странно вести. Кто-то стал шаловливым, как ребенок, а кто-то стал драться и петь песни. Мама Литы и Андреса решила танцевать с каким-то дядей, а мама Петера вдруг решила, что детей нужно запереть по каютам. Она так и сделала, и потому больше дети ничего рассказать не могли.
- Тот дядя сказал, что наша мама прийдет сюда! - сообщил Андрес и вдруг громко заплакал. Даруа растерялся, но, к счастью, тут примчались Микки с бараноедом и принялись бегать по кают-компании. Микки уже свесил от усталости розовый язык и лаял хриплым басом, а бараноед, похоже, только входил во вкус развлечения. Дети оживились, когда бараноед совершал особо удачный прыжок, они хлопали в ладоши и подбадривали неуклюжего Микки. Но вот бараноед проскочил между тарелок, и отброшенная роза полетела на пол. Микки вдруг взвизгнул, подскочил в воздухе и с размаху упал почти под ноги Ватишу. Бараноед тревожно кыркнул и взвился Ватишу на плечо. Дети испуганно замерли, но собачонка яростно чихнула, встряхнула головой и вновь оказалась на лапах.
- Он укололся! - закричал Петер. - Розы колючие. Вы не думайте, дядя, Микки не испугался! Он вообще ничего не боится!
Микки вопросительно тявкнул, бараноед сердито дернул хвостом, похоже, эти двое прекрасно понимали друг друга.
- Ребята! - Даруа постарался говорить, как можно убедительнее. - Я сейчас отведу вас в каюту, вам надо отдохнуть!
- Вы нас закроете? - спросил Петер.
Под его пристальным взглядом Ватишу стало не по себе. Он заверил детей, что закрывать никого не собирается, и они смогут выйти в любой момент.
- Где туалет знаете?
- Да! - нестройно отозвались мальчишки. - В каждой каюте есть!
- У нас корабль не простой, он живой и зовут его Барс. Если вам вдруг что-то понадобится, громко позовите его по имени, и Барс ответит.
- Барс! - тут же в два голоса грянули гости.
- Слушаю! - ворчливо отозвался Барс.
- А ты сказки знаешь?
После короткой паузы Барс сообщил, что ему известно бесчисленное количество сказок, но он рассказывает их лишь умытым и готовым ко сну детям. Гости незамедлительно изъявили желание отправиться спать, и Ватиш, удивляясь про себя педагогическим способностям Барса, сопроводил их вместе с болонкой в соседнюю с Литой каюту.
Отделавшись таким образом от обязанностей хозяина, Даруа вернулся в кают-компанию и вызвал Конова. Не дождавшись ответа, он повторил вызов и снова безрезультатно. Конов молчал.
- Барс, что “Лори”?
Барс, который одним из своих голосов сейчас рассказывал сказки, ответил незамедлительно:
- С “Лори” - все в порядке! Ничего не изменилось.

14
Когда Конов очнулся, рядом людей не было. Очень сильно пахли цветы, и Александр решил, что у него закружилась голова от незнакомого запаха. Правда, Конов никак не мог понять, зачем он снял шлем, но решил, что это не имеет значения. Ясно, что с воздухом на “Лори” все в порядке.
Здесь вообще все было в порядке, и Александр не мог понять, зачем же он сюда прибыл. Конов помнил, что речь шла об опасности, но на “Лори” опасности не было. А зря! С опасностью - оно как-то привычнее, можно сказать, спокойнее!
Александр встал, опираясь на Будду, и дружески потрепал его по плечу. Будда ласково смотрел на него всеми своими красными головами и улыбался. Будда знал все тайны Мироздания, и это успокаивало!
Нетвердой походкой Конов вышел из оранжереи. Солнце садилось, и величественный океан принимал в себя его лучи. Над волнами кричали оголтелые чайки, и Конов поморщился: их вопли отзывались болью в висках. Надо бы перестрелять проклятых птиц! Александр уже вытащил излучатель, но Будда шепнул ему о том, что такое поведение недостойно человека, и Александр спрятал оружие. Конов не хотел обижать Будду!

15
Говорить с Коновым Ватиш мог из любой точки корабля (Барс транслировал вызов на передатчик скафандра), но все попытки оказались безрезультатными. И Ватиш понял: с Коновым случилось неладное!
Возможно, один из наркоманов оказался буйным, и сейчас искалеченный Конов умирает где-то в коридорах “Лори”! А спасатели прибудут еще не скоро!
Ватиш хотел вызвать базу, он совсем уже собрался связаться с “Таланом” и доложить о пропаже попутчика... Но тут ему пришло в голову, что по всем законам “Талана”, никакого попутчика на борту у него быть не должно! Не положено ему брать попутчиков без особого на то распоряжения начальства! Это он сам должен был находится на “Лори”, а не Конов!
Ватиш думал недолго:
- Барс, присмотри за детьми!
- Слушаюсь, капитан! - ответил Барс без обычной ехидности в голосе.
Когда Даруа, облачившись в скафандр, уже шел к шлюзовому отсеку, с яростным кырканьем его догнал бараноед и вскарабкался на плечо. Ватиш сбросил зверя и захлопнул у него перед носом дверь. Какое-то время бараноед прислушивался к шагам за переборкой, потом заныл жалобно и горестно: “кыр-ря!”

16
Была долгая ночь, а потом наступило утро. Конов слегка подремал на берегу, но перед рассветом замерз и, чтобы согреться принялся бегать взад-вперед по пустынному пляжу. Будда с усмешкой наблюдал за гимнастическими упражнениями Александра, а потом произнес снисходительно:
- Вызови энергию янь, и тебе сразу станет теплее!
Александр сердито глянул на Будду, но послушно представил себе струящийся по телу огненный поток... Сначала вспыхнули руки, а потом и весь скафандр залился золотистым сиянием. Конов с изумлением оглядел себя и свечение тотчас погасло.
- Чувства твои в беспорядке! - сообщил Будда. - Нет у тебя должного бесстрастия.
- Да уж, в беспорядке! - согласился Конов. - Нужно было включить подогрев в скафандре - только и всего!
Он потянулся к щитку и вдруг очнулся от наваждения. В оранжерее царил жуткий холод, наиболее чувствительные растения уже свесили листву, но розовый куст буквально полыхал алыми цветами. Давешний толстяк лежал на спине, закинув руки за голову и тянул заунывную песню. Конов взглянул в его глаза и содрогнулся: это был бездумный взгляд идиота.
- Какого черта?! - Конов попятился. По спине скользнула струйка ледяного пота. Александр вспомнил глаза Будды, и сознание вновь попыталось соскользнуть туда, где на берегу океана ожидали тайны Вселенной. Но рука дрогнула, и жар включенной на полную мощность системы обогрева скафандра заставил Конова прийти в себя. Он тут же убрал лишние градусы, дрожащими руками напялил шлем и затравленно огляделся: вокруг плотно стояли джунгли.
Где выход? В подсознании волной взвился страх, но Конов усилием воли подавил его. Он совершенно отчетливо понял, что попал под черную магию “Лори”. Здесь что-то происходит, и это что-то сводит людей с ума, и это что-то проникло и под защитную оболочку скафандра!
- Пора убираться! - Конов рванул наобум, но ноги сами вывели его на знакомую полянку, где все так же тянул пиво пилот.
- Поговорили? - спросил пилот, неопределенно кивая куда-то в сторону зарослей.
Александр не ответил потому что сквозь мутные глаза пилота на него снова глянул Будда. Александр выскочил вон из оранжереи и с размаху налетел на шедшего навстречу Даруа.
- Ты что здесь делаешь?! - рявкнул Конов.
Ватиш что-то сказал, но Конов не услышал. Тогда он сбросил шлем и заорал, краснея от злости:
- Какого дьявола ты сюда приперся?!
Ватиш в свою очередь отбросил забрало и заорал с неменьшей злостью:
- Потому что ты на связь не выходишь!
- Я тебе где велел находиться?!
- А ты мне не указывай! Где надо, там я и нахожусь!
- Ты - молодой дурак, здесь все заражено!
- А мне - плевать!
- Ты!.. - Конов сам не понял, как у него в руке оказался излучатель, увидел только дико расширившиеся глаза Ватиша и в последний миг выбросил руку в сторону. Разряд скользнул по плечу скафандра Даруа, обращая в пыль дорогую обшивку коридорной панели. Со звоном лопнул светильник.
Лицо Ватиша побелело, но он протянул вперед руку:
- Отдай оружие!
Конов покачал головой. Снова обнаружив себя без шлема, он уже не рассчитывал на свой здравый смысл. Он только что заставил Ватиша разоблачиться и едва не убил его. Кто гарантирует, что, получив в руки оружие, Ватиш не пристрелит его самое!
- Дар, я уже свихнулся! Сейчас свихнешься ты, и мы просто поубиваем друг друга! Что с детьми?
- С ними - все в порядке.
Конов с усилием затолкнул излучатель в кобуру.
- Пока в порядке! Если мы с тобой вернемся на корабль, жизнь им никто не гарантирует! Дар, нужно отстыковаться от “Барса”! Скоро прибудут спасатели, пусть они хоть кого-то застанут в живых!
- О чем спорят благородные джентльмены? - на плечо Конова легла тонкая рука окольцованная браслетами. Конов повел взглядом по руке, по округлости плечика и длинной шее... Сама Афродита улыбчиво щурила карие глаза! Рядом Конов услышал шумный вздох Даруа и вновь оказался на океанском пляже рядом с Буддой.

17
Едва ступив на “Лори”, Даруа почувствовал тревогу. Он еще несколько раз вызывал Конова, но Александр не отвечал. Искать человека в лабиринтах незнакомого корабля - только сейчас Даруа понял, какую сложную задачу на себя взвалил!
Хаос в коридорах не произвел на Ватиша большого впечатления (что-то в этом роде, по мнению Даруа, и должно было оказаться на аварийном корабле). Хуже было состояние людей. На первый взгляд они ничем не отличались от тех, которых Ватиш оставил на “Талане”. Но это на первый взгляд!
Когда навстречу Ватишу попался человек в смокинге, Даруа обрадовался. Он обратился к джентльмену со словами:
- Скажите, пожалуйста...
Мужчина не повернул головы. Он прошагал мимо Ватиша словно мимо пустого места и скрылся в одной из кают. Следующие двое парней тащили странного вида кушетку с изрезанной полосами обивкой.
- Эй, ребята!
Один из парней обернулся, хлопнул себя по заду и присвистнул. Ватишу захотелось врезать шутнику по роже, но он сдержался. Конов сказал, что на “Лори” проблемы. Интересно, какие? Дети, как будто бы не пострадали, испуганы, правда, но ведут себя как обычные дети. Может, и в самом деле народ наркотиками накачался. Мало ли какие причуды у богатых!
Откуда-то сбоку донесся женский крик. Даруа встрепенулся, рванулся было на звук, но нарвался на увлеченную собой парочку и выскочил, как ошпаренный.
- Молодой человек! - обернувшись, Даруа увидел пожилую женщину в капитанской форме. - Подойдите сюда! - Ватиш не слыхал о женщинах-капитанах прогулочных яхт, но, в конце концов, он недавно служил в космофлоте. Старушка требовательно поманила Ватиша пальцем: - Я к вам обращаюсь! Что вы здесь делаете?
- Я прибыл по аварийному вызову, капитан!
Женщина одобрительно улыбнулась:
- Как приятно встретить воспитанного молодого человека! Ваш друг был не столь вышколен!
- А где он?! - тут же спросил Ватиш.
- Вероятно, в оранжерее. Все наши гости должны прежде всего посетить оранжерею! У нас есть совершенно уникальные экземпляры!..
Продолжая говорить, она между тем приблизилась почти вплотную, беззастенчиво разглядывая Ватиша. Даруа почувствовал себя несколько неуютно, но напомнил себе, что скафандр - достаточно надежная защита от безумцев.
- Скажите, - старушка застенчиво наклонила голову, - а вы умеете играть в баскетбол? Я хотела бы сыграть с вами...
Ватиш несколько растерялся, но тут он припомнил, как разговаривал с детьми Барс.
- Конечно, капитан, я великолепно играю в баскетбол! Если вы покажете мне оранжерею, я обещаю сыграть с вами сразу же, как только отыщу друга!
Старушка буквально просияла, она даже в ладоши захлопала:
- Только не обманите! Оранжерея - на носу яхты! Возвращайтесь скорее, я буду ждать!

18
- Женщины порождают суету! - философски отметил Будда.
Конов мельком взглянул в его сторону и вновь повернулся к Афродите:
- Мы, собственно, не спорили, мы беседовали!
- Беседовали! - подтвердил Ватиш.
Молодая женщина рассмеялась. Смеясь, она откидывала голову и показывала великолепные жемчужные зубки.
- А мне ваша беседа показалась ссорой!
- Нет-нет! - горячо заверил Ватиш, и тут он увидел Будду. Будда держал в руках два кольта, а сдвинутая на затылок шляпа не предвещала ничего доброго. Трехдневная щетина Будды подчеркивала оскал улыбки. Ватиш невольно схватился за кобуру, но кобура его скафандра была пуста: все оружие осталось у Конова. - Мы так мирно беседовали!..
Афродита отпустила плечо Конова и подхватила под руку Ватиша:
- Знаете, я так соскучилась по гостям! За все время полета я не видела ни единого незнакомого лица! Знаете, Отто собрал неплохую компанию, но видеть их каждый день - это слишком!
Океан мерно гнал к берегу валы. Растущая на обрыве сосна показалась Конову знакомой, хотя он был уверен, что ночевал не здесь. Появление женщины среди этой первозданной природы навеяло на Конова мысли о бренности человеческого бытия. Вот стоит она такая хрупкая и воздушная среди диких камней пляжа, дунь - и она исчезнет, как росинка под жаркими солнечными лучами! Что такое человек по сравнению с глубинами космоса?!
От возвышенных мыслей Конова отвлек Ватиш. Натянуто улыбаясь Афродите, он повернулся к Конову и сквозь зубы прошипел:
- Алекс, эта сволочь за вами сейчас будет стрелять!
Конов мгновенно обернулся, выхватывая излучатель, но встретился с недоуменным взглядом Будды и расслабился:
- Оставь, Дар, это мой друг.
Кольты выстрелили. Конов рухнул на колени, потом уткнулся лицом в песок. Ватиш застыл в напряженной позе, не сводя глаз с дымящихся стволов, а девушка продолжала щебетать:
- Знаете, у нас сегодня вечеринка, так я вас приглашаю!
- Отойди от нее, урод! - велел Будда, направляя ствол в грудь Ватиша. Во рту у Даруа пересохло, в висках заломило, он осторожно высвободил руку из теплой ладони девушки. Теплой? Через металл перчатки?
Ватиша прошибла дрожь. Наваждение схлынуло, и он увидел себя стоящим посреди коридора рядом с симпатичной золотоволосой девушкой. Рядом, с направленным в сторону пустого места излучателем застыл Конов, глаза его казались совершенно стеклянными: Конов беседовал с Буддой. Ватиш подумал, что если сейчас Александра окликнуть, он просто выстрелит на звук.
- Так вы прийдете на вечеринку? - повторила вопрос девушка.
- Да-да, обязательно! - Ватиш потянулся к излучателю, но тут Конов сунул оружие в кобуру и сказал:
- Дар, нас куда-то приглашают?
Неподалеку вновь рокотал океанский прибой, но теперь Даруа видел две накладывающиеся друг на друга картинки. В одной из них рядом с Коновым высился огромный бронзовый бог. Во второй мертвый Конов валялся на песке, а к самому Ватишу с двумя кольтами в руках подходил ухмыляющийся ковбоеподобный Будда. И везде Афродита уходила, улыбаясь и помахивая на прощание рукой.
- Алекс, нам нужно отстыковать “Барса”!
Обе картинки слились в одну и исчезли. Золотоволосая девушка, все еще улыбаясь, скрылась за поворотом коридора. Сумрачный Конов махнул Дару рукой:
- Идем, рубка там!
Они пошли, постепенно убыстряя шаг, потом побежали. Ватиш старался не отставать и не отрывать взгляд от спины Конова. Под ноги то и дело попадались мелкие предметы, но периферическим зрением Ватиш все время видел берег океана, и потому не смотрел на пол. Боялся увидеть мертвого Конова.
- Молодой человек!
Ватиш проскочил мимо разочарованной старушки на полном ходу. Конов уже сворачивал в рубку, когда обиженная бабушка крикнула неожиданно зычным голосом:
- Вилли! Максик! Ко мне! На борту чужаки!
Раздался топот множества бегущих ног, но Ватиш вслед за Коновым ворвался в рубку, и дверь отрезала их от преследователей. Конов лихорадочно щелкал переключателями, а Ватиш подскочил к передатчику, все еще работавшему на аварийной волне и включил голосовую связь:
- Спасателям! На “Лори” свирепствует неизвестная болезнь! Скафандры не предохраняют!..
Дверь с визгом вдавилась в стену, от сильного удара Даруа отлетел, сметая собою незакрепленные детали, а Конов отскочил в угол с криком:
- Стоять, стрелять буду, мразь!
Оба излучателя в его руках ощерили дула на толпу. Но люди напирали, их искаженные лица багровели злобой. В первом ряду Конов увидел девочку, которая когда-то вела его в оранжерею. Девочка с оскаленными зубками медленно двигалась вперед, и руки ее безостановочно шарили по воздуху в поисках жертвы. Конов поднял излучатели и... не выстрелил! Толпа сшибла его с ног, смяла, Ватиш потерял его из виду, потому что в него самого вцепилось множество рук.

19
Петер проснулся оттого, что Микки тявкнул. Спросонья Петер попытался прижать его к себе, но собачонка вывернулась и, залившись лаем, атаковала рассерженного бараноеда. Бараноед пытался подобраться ближе к спящим детям, чтобы познакомиться с новыми обитателями транспортника, но Микки не одобрил это знакомство.
Бараноед кыркнул, глаза его из голубых постепенно сделались темно-синими. Вначале бараноеду не понравилось исчезновение приемной мамы, а теперь его начала раздражать назойливая собака. Бараноед проголодался. Все последнее время его кормили люди, и делали это регулярно. А теперь обед вдруг отменили!
Микки ненадолго смолк, потому что бараноед сделал выпад в его сторону, а потом взвизгнул, потому что один коготь зацепил его лапу.
- Дядя Дар! - закричал Петер. - Ваш кот обижает Микки!

20
Ватиш не терял сознания, просто события словно подернулись туманом. Вначале его сбили с ног, потом кто-то опробовал на прочность скафандр, но рассчитанная на серьезные перегрузки металлическая ткань заставила нападавшего вопить от боли в ушибленной руке. Ватиш попытался встать, но под тяжестью тел вновь рухнул на пол. Локтевой сгиб чьей-то руки оказался у него под подбородком, и Даруа с ужасом понял, что сейчас ему просто свернут шею.
- Нет! - старушка в капитанской одежде вцепилась в лицо нападавшего, и тот с воплем выпустил Ватиша. - Не убивайте их!
“Какая мудрая бабка!” - подумал Ватиш. - “Зря я не сыграл с ней в баскетбол!”
- Скафандры! Снимите с них скафандры!
“Черт, эта бабка умнее, чем я!” - ужаснулся Ватиш. - “Не нужно было прорываться в рубку! Надо было вызвать Барса, он сам отстыковался бы от “Лори”!”
Но эта запоздалая мысль уже не могла помочь Даруа: двое парней в космофлотовской форме извлекли из скафандра сначала его, а потом и Конова. Конова помяли больше, так он все еще сопротивлялся. Пленников швырнули на пол и крепко спеленав клейкими лентами, примотали друг к другу. Спина к спине.
Удовлетворенная бабушка счастливо рассмеялась. Пассажиры с “Лори”, переругиваясь, вырывали друг у друга из рук трофейные скафандры: каждый хотел надеть обнову.
- Дар! Прости меня, бога ради! - простонал Конов. - Я не смог стрелять! Это все равно, что расстреливать детей!
Ватиш и сам это видел, но одновременно он с ужасом чувствовал, что ускользающее сознание и его пытается втравить в эти безумные игры. Ему все больше и больше хотелось включится в потасовку. Ведь скафандр все-таки принадлежал ему!
- Алекс! - Ватиш изрыгнул самые грязные ругательства, которые только нашлись в памяти. - Вы же - косморазведчик, так вас и этак! Сделайте что-нибудь!
Конов завозился, и Ватиш понял, что он пытается сесть. Но садится они могли только вдвоем, и они это сделали. Бабушка с восторгом принялась целовать их обоих. Ватиш мрачно подумал, что, если им суждено быть замученными женщинами, лучше бы это была та золотоволоска! Но ее-то как раз здесь и не было.
- Мадам! - с чувством произнес Конов, уворачиваясь от очередного поцелуя. - Если вы нас развяжете, мы сможем провести время гораздо плодотворнее!
- Шалун! - погрозила пальчиком старушка. - Вы от меня снова убежите!
Конов собирался произнести клятву верности, но увидел приближающегося Будду и сник. Будда не выносил лжи!
Все еще препираясь, пассажиры и экипаж “Лори” покинули рубку, оставив пленников во власти счастливой капитанствующей дамы. Ватиш покрутил головой, прикидывая, какое расстояние отделяет их от передатчика. Когда в рубку врывались нападающие, микрофон работал. Если Барс все еще прослушивает волну “Лори”, можно попытаться с ним связаться...
И тут по коридорам “Лори” пронесся дикий рев! Старушка испуганно съежилась, Дар оцепенел, а Конов потерял из виду Будду.
- Что это? - еле вытолкнул слова из глотки Даруа.
Рев повторился, закончившись душераздирающим воем. Ватиш почувствовал, как по спине побежали струйки холодного пота. Конов горестно застонал:
- Это - Барс, Даруа! Это - Барс!

21
Услыхав страшный рев, бараноед испуганно кыркнул и пулей выскочил из каюты, Микки с визгом бросился на руки хозяина, а мальчишки залились плачем. В соседней каюте громко закричала разбуженная Лита.
Когда рев повторился, Петер, не долго думая, полез прятаться под одеяло, дрожащий Андрес устремился за ним, а Лита зашлась истошным воплем.
Когда создатели Барса закладывали в его память рык дикого зверя, они не думали, что эта шутка может иметь последствия. Каждый биэл имел кличку, и когда косморазведчики работали вместе, голос животного частенько использовался вместо позывного. Рыком Барс созывал экипаж, во время посадки на атмосферную планету, когда капитан объявлял общий сбор. Рыком косморазведчики приветствовали друг друга вместо дружеского салюта. В последний раз Барс рычал при своем втором капитане, когда команда прощалась со старым кораблем. С тех пор никто не тревожил звериного голоса.
Но сейчас Барс снова был на службе. Экипаж попал в беду: их завалило в ущелье Радомая, и только соседний корабль мог прийти на помощь. Он сел на несколько миль южнее на плато Дессы - можно было обратиться по обычной связи, но аварийный зов созывал и тех, кто углубился в черные дебри. На рев собирались все. Только вместе можно было победить, и Барс ревел на всех волнах диапазона и внутри своей оболочки.
Диспетчер “Талана” срочно вызвал спасателей Нготени. Они находились уже сравнительно недалеко от места аварии “Лори”, но весть о том, что несчастье происходит еще и с транспортником заставила их увеличить скорость. Не отвечая на призывы базы, Барс орал звериным языком о несчастье. Эфир наполнился взволнованными людскими голосами: спасатели запрашивали наблюдателей о всех, происходящих в секторе событиях. Не сбился ли еще кто с курса? Не поразила ли экипажи внезапная болезнь? Не слышно ли о вспышках на звездах? Не появились ли в секторе бандиты?
Ничего этого не слышал Барс. Заваленный в ущелье экипаж заставлял его неистовствовать в призывах о помощи. И вдруг он услыхал лошадиное ржание! Только биэл мог ответить так! И Барс замолк и приготовился слушать.
- Говорит Пегас! - раздался из динамиков сварливый голос. - Что с тобой происходит?!
- Экипаж завалило в ущелье! Прошу помощи!
- Разуй глаза, Барс, ты не на планете! Ты висишь рядом с механической фитюлькой и орешь, как резаный! Кто у тебя сегодня капитан?!
- Даруа Ватиш!
- Скажи своему Даруа Ватишу, чтобы проверил твои мозги! У тебя не в порядке биологическая часть!
Барс блокировал часть своих ячеек и сразу понял, что Пегас прав. Кто-то ломал программы, откачивая на себя часть энергии. Барс немедленно активизировал датчики и обнаружил исходящее из кают-компании излучение! Какой-то биологический объект пытался воздействовать на мозг транспортного корабля!
Барс попытался вступить в речевой контакт, но получил в ответ такой удар по сенсорам, что у него чуть не отключилась блокировка. Еще никто не пытался сводить с ума биоэлектронный мозг, и у Барса не имелось вариантов защиты.
Барс попытался вызвать капитана, но Ватиш не отвечал. Он давно уже находился на “Лори”, и косморазведчик Александр Конов ушел вместе с ним. Барс мог обратиться к оставшимся людям, но Даруа, уходя, велел Барсу о них заботиться. Люди были еще слишком незрелы, чтобы отдавать приказы.
Самое плохое, что Барс не мог определить степень разумности нападавшего. Барс - корабль косморазведки имел специальные программы на случай столкновения с чужим разумом. Следовало избегать конфликта всеми имеющимися в распоряжении методами. Но объект вел себя агрессивно: проник на корабль и путем повреждения жизненно важных органов ставил под угрозу жизнь доверенных Барсу людей. Но принимать решение должен капитан! Или при его отсутствии - член экипажа! Барс не мог принять решение самостоятельно.
Тогда Барс решил прибегнуть к компромиссу. При недееспособности имеющихся на борту людей можно попытаться задействовать нечеловеческих членов экипажа. Барс кыркнул и призвал бараноеда к двери кают-компании. Там он кое-как объяснил жителю планеты Омра задачу: проникнуть в кают-компанию и обнюхать биологический объект. При дружественном поведении объекта объяснить ему нецелесообразность воздействия на центр корабля.
Бараноед сердито кыркнул, и голубые глаза его стали темно-синими. Бараноеду не понравилось сообщение о проникновение на корабль чужака. Самим есть нечего!
Когда дверь кают-компании открылась, бараноед шмыгнул внутрь с максимально возможной быстротой. Беглого взгляда ему хватило, чтобы осмотреть территорию и найти единственный новый объект: гравитационный конструктор. Тщательно обследовав детали, бараноед нашел еще один запах, показавшийся ему привлекательным. Некоторое время бараноед нюхал воздух, потом устремился прямо к лежащей на полу большой розе. Синие глаза бараноеда изучили цветок и особо остановились на колючках. Именно колючки излучали максимальный аромат. Бараноед шумно втянул в себя воздух, кыркнул и совершил прыжок.
Сенсорный удар был настолько силен, что Барс вновь взвыл, но бараноед был голоден и проворен, и уже через несколько секунд Барс смолк, потому что в клочья растерзанный цветок исчез в утробе зверя.
- Это было существо разумное?
- Не понял тебя! - кыркнул облизывающийся бараноед и сыто сощурил голубые глаза.

22
После того, как пала последняя крепость, и рев Барса со стороны шлюзового отсека достиг ушей его экипажа, Конов перестал сопротивляться неизбежному. Будда был рядом, и они вместе отправились бродить по космосу. Частенько пересекая космическое пространство, Конов тем не менее редко встречался с ним лицом к лицу. Ну, может быть пару раз, когда нештатные ситуации заставляли выходить в открытый космос. Но и тогда все внимание уделялось кораблю, поломка которого вынуждала экипаж надевать скафандры.
А сейчас Александр погрузился в созерцание проносящихся под ногами звезд. Будда летел рядом, временами пускаясь в пояснения типа: “так выглядит рождающаяся галактика” , “эта звезда сейчас взорвется”, “держись подальше от протуберанца”. Конов должен был признаться себе, что вид открытого космоса рождает совершенно новые чувства, никак не сопоставимые с прежними, обыденными, понятными. Возможно, именно так должен чувствовать себя молодой бог!
Будда объяснил Александру, что со временем, и он сможет творить галактики, но для этого надо вначале поработать с энергиями. Вероятно, энергия “янь” вновь была на исходе, так как Конов определенно начал мерзнуть в космосе. И руки затекли, и Ватиш под ухом стонет! Александр прислушался. Ухо его различило страстный шепот: “Да стреляй же!”
Но в кого можно стрелять в космической пустоте? Конов напряг зрение, и увидел очертания чьей-то небритой рожи на фоне голубого неба. Оказывается, Ватиш был на прицеле у двух десятков отъявленных бандитов, а у самого Конова в руках дымился винчестер одна тысяча... неизвестно какого года выпуска. И если он, Конов сейчас попадет с первой попытки в главаря, это даст шанс Ватишу бросится в кусты... Какой шанс под таким количеством стволов?
- Дар! У тебя детские фантазии!
- А ваши космические бредни лучше?! Бог новоявленный!
Они сидели в рубке “Лори”, связанные в лучших традициях классического вестерна спиной к спине и медленно замерзали. Холод сгущался космический! Конов еще в оранжерее понял, что на “Лори” - беспорядок с отоплением, но это уже не лезло ни в какие мерки! И капитановидная старушка куда-то подевалась, самое бы время сейчас для баскетбола: согреться бы.
- Д-давай выбираться отсюда! - процокал зубами Конов.
- А я не против, только как?

23
Ленивое в своей сытости Существо переваривало добычу. Оно питалось уже не один день, и масса поглощенной энергомысли уже приближалось к желаемой. Довольно крупный сгусток энергомысли, выскользнул, к сожалению, из сети, а ловящий отросток погиб - но это временно. Существо не позволило отсоединить связку, а значит, рано или поздно, и этот разум будет очищен от энергии.
Существо могло поститься очень долго, но, добравшись до пищи, всегда стремилось насытиться до предела. Вначале энергомыслью, потом белком. Полная сытость означала готовность к размножению. Само Существо в белковой пище не нуждалось, но вот личинки, матрицы которых уже были заложены в недрах Существа, нуждались в белке для строительства своих тел. Поэтому Существо всегда стремилось увеличить количество пищи и, надо сказать, было достаточно изобретательно в средствах. Само Существо вряд ли можно было назвать разумным (в человеческом понимании этого слова), но оно умело трансформировать энергомысли и использовать их. Человек бы назвал это способностью к телепатическому воздействию. Правда, для этого воздействия имел значение фактор расстояния. Если существо долго голодало или размножалось не так давно, оно не могло приманивать добычу издалека. На “Лори” оно попало полумертвым от голода и способность воздействовать на разум телепатически, обрело не сразу. Зато в воздушную смесь корабля мгновенно попали вещества, излучаемые Существом вместе с запахом. В ничтожной концентрации, они, тем не менее, действовали на человеческий мозг подобно наркотикам. Они были тем посредником, при помощи которого Существо начало питаться.
К своему разочарованию, Существо не смогло подчинить себе все биологические объекты на корабле. Чем проще был устроен разум, тем менее он содержал энергомысли, а значит, почти не интересовал Существо. Таким образом, дети и собака оказались вне игры, первой ее фазы. Конечно, их можно было использовать, как источник белка, но это в самом конце, когда энергомысли оплодотворят матрицы личинок и настанет фаза предшествующая размножению.
Если бы люди могли анализировать природу Существа, они нашли бы ее похожей на природу некоторых насекомых Праматери земли. Оплодотворивший самку паук поспешно бежит прочь или будет съеден. Но паук знаком с условиями игры, а вот Отто Симсон, раздобывший для оранжереи диковинное растение, и чрезвычайно гордившийся новым приобретением - никак не ожидал подвоха.
С пассажирами Существо разделалось довольно быстро - лишенные значительной части энергомысли они попросту подошли к порогу безумия. Экипаж был оставлен на закуску, чем более сложен и тренирован мозг, тем вкуснее питаться его излучениями. С двоими - с самим Отто и с капитаном корабля Существо возилось дольше всех. Но вот оказались исчерпанными и они!
Но на аварийный зов, как мухи на приманку, должны слететься и другие корабли! (Существо имело некоторое представление об особенностях поведения добычи) Всегда хорошо иметь дополнительный запас пищи!
И корабль появился. А с ним - и люди, достаточно вкусные, а главное, новые. И еще дополнительный сюрприз: мало похожий на человеческий, но тоже мозг, редкое блюдо - биэл!
Существо было настроено благодушно. Человек появился сразу. Правда, он начал слегка сопротивляться, но так даже интереснее! Существо с удовольствием возилось с новой энергомыслью. Отправить на новый корабль свой отросток удалось без особого труда. Как обычно, люди стремились в первую очередь спасать особенно мелких детенышей, а значит, с ними можно было отправлять что угодно.
Попав в новую среду, отросток немедленно усилил аромат, дотянувшись до мозга второго взрослого человека. На мозг Барса была предпринята телепатическая атака. Но здесь Существо ожидала неприятность: биологическая часть Барса была сращена с машиной, а потому оказалась устойчивее обычного человеческого мозга. Барс просто блокировал биологическую часть и полностью перешел на машинное мышление. Да тут еще эта дрянная тварь!
На родине у Существа имелись естественные враги. Не слишком разумные хищники хорошо чувствовали белковую природу Существа-матки, и пожирали ее просто и без затей. Вот справиться с личинками они не смогли бы, но они и не охотились на личинок! Они охотились на жирную матку, а энергомысль просто освобождалась и бессмысленно уносилась в пространство.
Встреченный на транспортнике зверь не относился к знакомым Существу хищникам, хотя поступил аналогично: съел отросток. Существо пообещало себе во время второго раунда охоты на Барса пригнать на транспортник парочку вооруженных людей, чтобы прикончить наглого бараноеда.
Но это потом. А сейчас Существо продолжало лакомиться новой игрушкой, по кусочку отщипывая энергомысли от разума пойманных людей. Все было спокойно. К тому же, неподалеку возник еще один корабль, а значит, можно будет сделать дополнительный запас пищи!

24
- Барс! Кто это так страшно рычал?! - детям надоело плакать. Петер и Андрес выбрались из-под одеяла, Андрес пошел в другую каюту забрать Литу, а Петер спихнул с койки пригревшегося Микки и вспомнил про механическую няньку.
- Это я рычал! - меланхолически отозвался Барс. - Мне снился сон, и я рычал во сне.
- Я так испугался! - сознался Петер. - Я думал, на нас напали пришельцы! А где дядя Дар и тот, второй дядя, который обещал найти маму?!
- Они на “Лори”, - ответил Барс все так же печально. Барс уже начал проверять отключенные ячейки, но еще не закончил, и все богатство оттенков человеческого голоса сейчас было ему недоступно. Осталась одна печаль.
- Барс, а нам можно на “Лори”?
- Без приказа капитана нельзя!
Петер задумался. Появился Андрес, ведущий за руку зареваную Литу, радостный Микки приветствовал их появление громким лаем и усиленным вилянием хвоста. Петер пожаловался Андресу на упрямство Барса.
- А мы - маленькие! Нам не капитан приказывает, а мамы! А раз мам нет, значит, мы сами себе приказываем! - резонно заметил Андрес.
Барс ничего не ответил, но дверь каюты захлопнулась. Петер сердито застучал в нее кулачками:
- Я все дяде Дару скажу! Он нас не запирал и тебе бы не позволил!
Но тут Барс включил недостающие ячейки и прекратил переговоры с детьми.

25
Существо не нуждалось в поддержании высокой температуры, оно готовилось переходить в следующую фазу, и для этого переместило часть своей массы за пределы оболочки корабля. Возникшие при этом отверстия были заполнены “корнями” и значительной утечки воздуха не произошло. Но при прохождении “корней” через оболочку была повреждена система терморегуляции “Лори”. Температура в отсеках начала снижаться.
Люди, сильно поглупевшие, но не утратившие чувствительности принялись согреваться по-своему. Кое-кто просто напялил на себя всю, имеющуюся под рукой одежду, где-то включили индивидуальный обогрев каюты, а в двух местах все еще работавшая противопожарная система залила очаги локального возгорания.
В рубке температура дошла до пяти градусов тепла и все еще продолжала снижаться. Оставленные в одних комбинезонах Ватиш с Коновым, выбивая зубами дрожь, предпринимали отчаянные попытки освободиться. Плохо лишь то, что проваливаясь бесконечно в видения, они только мешали друг другу.
Ватиш пытался грызть путы, но безуспешно. В его представлении они с Коновым угодили на обед к каннибалам, чьи проклятые копья угрожали отправить представителей космофлота к праотцам значительно раньше, чем Ватиша наконец осенит гениальная идея о способе освобождения.
Конов все еще странствовал по космосу. Только ему, начинающему богу, все больше и больше досаждал холод космического пространства. Он просил Будду помочь с выработкой энергии, но бронзовый друг не спешил с рекомендациями. Он почему-то окутался белесой дымкой, и очертания его становились все более расплывчатыми.
Когда оба пленника уже близились к блаженству нескончаемого сна, кто-то укусил Ватиша за плечо. Даруа с криком рванулся - злобный каннибал отлетел в сторону. Вырванный криком из забытья Конов разлепил холодные губы в кривой усмешке.
- Дар! - еле ворочая языком, сказал он. - Эта чертова тварь прорыла ход в шлюзовом отсеке!
Счастливый бараноед прыгнул Ватишу на грудь и радостно куснул его за подбородок. Даруа все еще считал, что его поедают живьем, и заорал еще отчаяннее.
- Дар! Это бараноед! Вели ему перегрызть веревки!
Уже приходя в себя, Даруа ткнулся лицом в теплую шерсть, и обретший приемную мамашу зверь вдохновенно заработал языком. Щеки Ватиша постепенно стали обретать чувствительность. Через несколько секунд Ватиш уже отплевывался от поцелуев бараноеда.
- Веревки! - повторил Конов.
- Но я не умею! - Даруа был в отчаянии. - Это Барс понимает его речь, не я! Я не знаю!
- Ну, покажи ему! Покажи!
Оба яростно вцепились зубами в опоясывающие тело ленты. Бараноед радостно кыркнул и облизал лицо Конову. Конов рассмеялся сквозь слезы.
- Никогда не думал, что буду целоваться с инопланетянином!
- Кыр! Хороший! Дергать! - Даруа даже зарычал, демонстративно кусая ленту. - Она - нехорошая! Поймала!
Бараноед с недоумением следил за людьми, потом решив, что пора присоединиться к игре, в свою очередь вцепился в путы. Для того, кто взламывает корабельные переборки, клейкая лента - не препятствие. Путы были перегрызены в мгновение ока. Если бы не их клейкость!
- А что это вы делаете?
Ватиш с Коновым подняли глаза и увидели старую знакомую. В прямом смысле слова старую. В руке престарелая женщина держала охотничий излучатель. Конов невольно застонал.
- Мерзкое животное! - бабушка навела дуло на безмятежно пофыркивающего Кыра, но Конов с силой пнул бараноеда ногами и тут же вскрикнул от боли, потому что предназначенный зверю заряд прожег ему голень. Кыр отлетел под кресло. Бабушка развернулась, но не столь проворно, и следующий выстрел разрезал кресло пополам.
- Стерва! - Дар в свою очередь ударил ногами, и подбил охотницу под коленки. “Капитанша” покачнулась, но устояла. Она обернулась, и дуло излучателя переместилось в сторону Даруа. Ватиш прикусил губу, ожидая выстрела. Рядом корчился от боли Конов.
- Плохие мальчики! И в баскетбол не играют!..
Метнулась коричневая молния, излучатель грянулся об пол, а “капитанша” зашлась истошным воплем:
- Вилли! Максик! Мамочку обижают!
Бараноед отпустил прокушенную руку, спрыгнул на пол и прижался к коленям Даруа. Глаза Кыра снова были темно-синими.

26
Пегас не уходил, Пегас ожидал рядом, и Барс обратился к нему:
- Позови своего капитана!
- У меня нет капитана! - ответил Пегас.
Барс не понял. Если есть космический корабль, значит, на нем есть люди. А раз есть люди, значит, один из них - капитан!
- А где он?
- Я странствую без команды! Меня списали из космофлота и отпустили на свободу.
О таком Барс не слышал. Старые корабли обычно пускали на слом, а что делают с биэлами, Барс не знал. Их совсем не так много, биэлов. Их почему-то больше не производят.
- А где ты берешь горючее? - спросил Барс. - Его всегда обеспечивал “Талан”, и Барс не мог себе представить другие варианты.
- Когда как, - ответил Пегас. Вообще-то я знаю несколько заброшенных баз...
Барс задумался. Он был уже стар, а теперь, после нарушения работы биологических ячеек, его могли снять с рейсов.
- Я хочу с тобой об этом поговорить, Пегас! Но не сейчас. У меня и в самом деле что-то случилось с экипажем. Он давно уже не выходит на связь.
- Если твои люди на этой механической фитюльке, то это плохо! Я отсюда вижу, как сквозь оболочку пускает корни Фойра.
- Фойра? Я о таком явлении не слышал.
- Я старше тебя, Барс. Я видел Фойру. Вначале она высасывает у людей разум, а потом пожирает тела. Я мог бы сейчас убить ее, но тогда будет повреждена яхта. А люди еще живы, и их еще можно спасти.
- Как это сделать?
- Снять людей с яхты. Но это должны делать механизмы, людей она подомнет под себя. Я видел, как погибло несколько экипажей, пытающихся помочь друг другу. На тебе нет отростков?
- У меня здесь хищник с планеты Омра. Он съел росток.
- Это хорошо. Я слышу, как перекликаются спасатели. Их надо убедить не подниматься на борт яхты. Пусть пошлют роботов!
- Роботов?

27
В молчании окруживших их людей Даруа услышал приговор себе, Конову и Кыру. Смертный.
“Черт! Мог же я не приходить в сознание! - малодушно подумал Ватиш. - Уже давно по-быстрому съели бы людоеды, и никаких проблем!”
Конов тяжело привалился к спине Ватиша: похоже, косморазведчик-то как раз и потерял сознание: рана кровоточила. Ватиш с тоской подумал о том, что теперь ему уж точно не попасть в косморазведку, и о последнем подвиге никто приятелям по летной школе не расскажет...
Бараноед зашелся клокочущим кырканьем, но несмотря на это, Даруа услышал, как кто-то шарит по полу в поисках излучателя.
“Хорошо, что они второго не взяли!” - подумал Ватиш, хотя на самом деле это ничего не меняло. И в одном излучателе зарядов хватало на троих.
- Домой! Пошел домой! - крикнул он бараноеду, как кричат увязавшейся за хозяином собачонке. - Вернись на Барс!
Но бараноед не понял или не захотел понять. Он еще крепче прижался к Ватишу и тоненько заскулил. Молчаливая толпа внушала ему ужас. Только “капитанша” причитала, прижимая к груди прокушенную руку.
Излучатель подняли, и Ватиш увидел, что держит его та самая золотоволоска. Ватиш невольно съежился...
И тут рубка встала дыбом! Неожиданно отключилась гравитация, и толпа людей взмыла к потолку, сшибаясь и испуганно вопя. Ватиш тоже закричал, но потому что какая-то огромная змея обхватила его поперек груди и поволокла за собой! Ватиш кричал и извивался, все время видя рядом с собою безжизненное тело Конова. Хотя путы уже были нарушены, но клейкие ленты все еще удерживали экипаж Барса вместе. Откуда-то снизу доносилось испуганное кырканье бараноеда: похоже, у него тоже были проблемы.
И только, когда змея протащила Ватиша через шлюзовой отсек “Лори”, Даруа понял, что это манипулятор робота, и во все горло позвал:
- Барс!
- Я слушаю, капитан! - ответил Барс.

28
Прежде всего Ватиш приказал отправить в медицинский отсек Конова. Нужно было остановить кровотечение, обезболить, подключить внутривенное вливание. Всем этим занялась медицинская программа Барса. Александр пока в сознание не приходил, но Ватиш надеялся дотянуть его до прибытия спасателей, среди которых обязательно будут врачи.
Потом Ватиш хотел расстыковаться с “Лори”, чтобы отойти на безопасное расстояние, но Барс напомнил, что герметичность стыковочного узла нарушена. Пробираясь к Даруа, бараноед проделал сквозные отверстия в переборках шлюзовых отсеков кораблей. Если Барс вполне в силах заделать отверстие со своей стороны, то для ремонта “Лори” нужно, чтобы кто-то координировал действия механизмов. Барс в принципе может войти в управляющую систему яхты, но для этого нужно время и отсутствие сопротивления со стороны экипажа. Если же просто отстыковаться и уйти, зияющая пробоина будет угрожать жизненным функциям “Лори”. Неизвестно, в каком состоянии находятся аварийные системы и смогут ли они без участия человека перекрыть поврежденный отсек.
- Значит, будем ждать штурма?
Ватишу очень не хотелось воевать. Хотя на транспортнике он сразу почувствовал себя лучше, но мозг его все еще был отравлен испарениями Фойры.
Даруа доплелся до рубки, напялил на себя утеплитель и велел Барсу подать себе горячего чаю. Счастливый бараноед ходил за Ватишем по пятам. Когда Даруа уселся в кресло, бараноед вскарабкался на спинку и привалился боком к шее пилота. Ватиш не возражал. Только теперь, в относительной безопасности, он почувствовал, насколько ему плохо. Болело избитое тело, ныли мышцы, ко всему прочему у Ватиша начался озноб.
- Как там дети?
Барс заверил капитана, что у детей все в порядке.
- Дай им поесть!
- Дядя Дар! - Барс включил трансляцию, и Ватиш увидел на экране малолетнюю троицу. - Барс нас обижает! - звонкий голос Петера, казалось, заполнил собой рубку, и Даруа невольно поморщился от резкой боли в висках. - Барс запер нас! Вели ему открыть дверь!
Ватиш тяжело вздохнул:
- Извини, Петер! Извините, ребятки, вам опять немного придется посидеть взаперти. Так получилось. Сейчас он состряпает вам что-нибудь вкусное и расскажет сказку.
- Дядя Дар, вы нашли маму?!
Дар отогнал видение Афродиты с излучателем в руках.
- Нет, я прошел недалеко. Все будет в порядке.
- Дядя Дар!..
Даруа резко отключил трансляцию. Он не мог сейчас убедительно лгать.
- Что шлюзовой, Барс?
- Были попытки его открыть. Я блокировал механизмы.
Как только кому-нибудь прийдет в голову использовать излучатели, ситуация обострится. Ватиш не может допустить, чтобы безумие проникло на транспортник, а значит...без трупов не обойдется!

29
Существо обнаружило, что ее добыча уменьшилась, и почувствовало раздражение. Когда пища уходит изо рта - это не лучшее время для размножения. Через одного из заготовленных объектов оно обследовало шлюзовой отсек, и обнаружило, что со стороны второго корабля отверстие торопливо заделывается. Росток погиб, при отсутствии прямого сообщения между кораблями нельзя будет воздействовать через воздух, а для прямого воздействия на мозг расстояние слишком велико. Остается использовать пищевые объекты. Перегородку между кораблями необходимо взломать.

30
- Барс, что наши баррикады?
- Капитан, нас атакуют!
- Открой дверь!
- Не понял?!
- Открой шлюзовой и впусти нападающих! Заблокируй медицинский отсек, рубку и каюту с детьми. Пусть поищут нас!
Нападающие не успели вскрыть шлюзовой отсек: Барс распахнул дверь, впустил двух человек с излучателями, и захлопнул ее перед остальными. Пробежав несколько шагов Афродита и пилот с “Лори” наткнулись на следующий заслон - Барс блокировал часть коридора (маневр предпринимаемый при нарушении герметичности шлюзового отсека).
- Что они делают, Барс?
- Остановились. Женщина бросила излучатель, мужчина смотрит на него, словно не зная, что предпринять.
- У тебя есть там пищевые ниши?
- Нет. Но я могу использовать ремонтную. Это займет больше времени.
- Подай им обед. У тебя есть праздничная пища?
- Конечно.
В течении нескольких минут Барс занимался тем, что перебрасывал еду из пищевого отсека на ремонтную линию, а Ватиш изо всех сил старался не уснуть. Наконец Барс доложил о готовности приступить к кормлению гостей.
- Отлично! Побольше ароматизаторов!
Когда ремонтная ниша открылась, мужчина рефлекторно направил в ее сторону излучатель, но, лишь только запах хорошо прожаренного бифштекса достиг его ноздрей, ситуация изменилась. Излучатель полетел в сторону. Пилот выхватил из ниши тарелки, забился в угол и начал торопливо есть. Афродита уставилась на него с плохо скрытой завистью, но тут Барс подал следующую порцию. Аристократка опрометью бросилась к нише, мужчина заворчал из угла, но Афродита взвизгнула, двумя руками схватила мясо и начала, давясь, заталкивать его в рот.
- Что гости, Барс?
- Едят. Капитан, спасатели запрашивают наши данные!
Только теперь Ватиш разлепил веки и взглянул на экран. То ли в глазах мельтешило, то ли в самом деле, но две точки к транспортнику приближались, а одна удалялась.
- Барс, ответь спасателям! - Даруа хотел еще что-то сказать, но делал он это уже во сне.
Предупрежденные Барсом спасатели подстыковались к “Лори” и запустили туда роботов с видеокамерами. Людей вытаскивали несколько часов, но прежде в оранжерею был направлен самоходный огнемет. Барс продемонстрировал изображение съеденного бараноедом цветка, но спасатели не захотели рисковать и извели под корень всю оранжерею. Наружные корни Фойры трогать не стали: они настолько спаялись с оболочкой яхты, что можно было нарушить герметичность и погубить людей.
После того, как в течении часа роботы не нашли больше ни одного человека, корабли поочередно отстыковались от “Лори”. Злополучная яхта повисла в перекрестке прицелов, все еще продолжая слать в пространство зов о помощи (никто так и не удосужился отключит передатчик). По приказу с головного корабля, раздались согласованные залпы, и “Лори” разлетелся на атомы вместе с оплетающей его чудовищной порослью.

31
Даруа ничего этого не видел. Не видел он и того, как снимали с Барса мирно насыщающуюся парочку, предварительно выловив манипулятором излучатели, как в медицинский отсек перебросили врача для определения состояния Конова, как к детям вошел психолог, как поочередно заходили спасатели взглянуть на человека, которому удалось обставить Фойру - ничего этого Ватиш не видел. Он спал. И во сне все-таки спас прекрасную Афродиту от банды Зловещего Будды.

32
Две недели спустя в госпитале Нготени Ватиш прятался от родственников спасенных с яхты людей. Большую часть пассажиров эвакуировали в планетарные больницы, уцелевших членов экипажа отправили в госпитали космофлота, а Конова с Ватишем все еще осаждали благодарные родственники и представители информационных агенств.
Конов долечивался последние дни перед отправкой на медкомиссию. Вообще-то он прибыл на Нготени работать наблюдателем на одной из выдвинутых в глубину неизученных территорий баз. Но после ранения и воздействия Фойры ему придется доказывать свою дееспособность перед медицинскими светилами космофлота.
Ватишу легче: поскольку он успешно провел операцию по обезвреживанию одурманенных Фойрой людей, это было засчитано как доказательство высокой работоспособности транспортного пилота. После прохождения тестов ему позволят вернуться на “Талан”.
Барс поставлен на отстой. Никто не знает, что делать с кораблем, подвергшимся нападению Фойры. Скорее всего, его спишут из космофлота.
Тела Отто Симсона и капитана “Лори” так и не были найдены. Есть подозрение, что именно с них Фойра начала поглощение белковой пищи.
Что касается остальных - медики высказывают надежду, что большую часть людей удасться вернуть к полноценной жизни. Не все из них находились в контакте с Фойрой с самого начала рейса: часть пассажиров взошла на борт яхты на промежуточных стоянках. Да и Фойра далеко не сразу вошла в полную силу.
Кстати, как она попала на борт “Лори” установить так и не удалось. Скорее всего, Отто Симсон купил ее у промышляющих контрабандой колонистов. Спрос на экзотические растения продолжает расти, хотя есть надежда, что история с “Лори” охладит головы особо ярым любителям ботаники.
Петер осиротел, а вот мама Литы и Андреса нашлась - эта оказалась та самая, прекрасная Афродита из снов Даруа. Ненси Риадрус до сих пор проходит лечение в центральной больнице Валосси, детей забрала ее сестра, и она же перевела на личный счет Даруа Ватиша довольно кругленькую сумму за спасение Ненси. У Ватиша долго допытывались, как он догадался, что отсекая людей от “Лори”, можно прервать связь с Фойрой. Ватиш честно ответил, что ни о чем таком и не подозревал, просто, видя деградацию разума пассажиров, он подумал, что можно опереться на один из самых древних рефлексов - пищевой.
“Игривая старушка” причинившая Конову с Ватишем столько хлопот успешно залечивает прокушенную руку в одной из самых дорогих больниц сектора. Она ничего не помнить о происшедшем. Одна из самых почтенных и известных женщин планеты Доры, дальняя родственница Симсона она теперь унаследует его концерн, так как прямых наследников у Отто не осталось. Разум ее еще пребывает в состоянии детскости, и она целыми днями упоенно играет в баскетбол в больничном спортзале. Ей уже назначили опекуна, ведь взрослые сыновья: Вилли и Макс сами еще не отошли от воздействия Фойры.
Судьба троих подростков с “Лори” пока что печальна. Из-за малолетства не слишком-то пострадавшие от Фойры они оказались среди впавших в озверение людей и залечивать травмы физические и душевные им придется еще долго.
В память мамы Петера, которая ценой собственной жизни спасла малышей, семья Риадрус усыновила мальчика. Конечно же, верный Микки остался с хозяином. После того, как история с яхтой получила огласку, болонки стали в секторе необычайно популярны, хотя и Конов и Ватиш с тех пор именно к этой породе собак относятся негативно.
Кстати, для Ватиша история с появлением на борту попутчика закончилась вполне благополучно. Александр Конов, покинувший несколько лет назад косморазведку и работавший с тех пор наблюдателем на разных планетах, заранее известил руководство “Талана” о своем намерении отправиться на Нготени. База отреагировала вполне положительно, но выбор корабля оставила за Коновым. Так что, служебных санкций не последовало.
И наконец, бараноед. Животное, разделавшееся с ростком Фойры было окружено почетом на Нготени, и ему позволили находится в госпитале вместе с Ватишем и Коновым. На попытку журналистов познакомиться поближе Кыр продемонстрировал острые зубы, потемнел глазами и ушел через закрытую дверь, не прощаясь. После этой демонстрации силы победителя Фойры тревожить не рисковали.

33
Ватиш расставался с Коновым неохотно. Он успел привязаться к этому человеку и подозревал, что мог научиться у него большему, чем в любой школе космофлота. Впрочем, Конов обещал, что как только Даруа наберет свой летный стаж и забудет о своих девятнадцати годах, Александр лично похлопочет о зачислении в косморазведку. Ватиш проводил Конова на медкомиссию, а сам пошел на дальний космодром искать “Барса”.
Свой корабль он нашел полностью готовым к старту, осталось только загрузить трюмы. О судьбе “Барса” Ватиш отправился хлопотать к командиру спасателей.
- Дар, до “Талана” мы тебе долететь позволим, но дальше уже будет решать база. С биэлами после мозговой атаки космофлот еще не сталкивался. Боюсь, это будет последний рейс старого хищника!
Глядя, как опечалился Ватиш, спасатель потрепал его по плечу и неожиданно спросил:
- Слушай, а кто стоял рядом с вами, когда мы подходили? Мне померещилось или это был косморазведчик?
Даруа смутился:
- Прости, но я не знаю, о чем ты. Я тогда очень плохо соображал. А Барс что сказал?
- А Барс ничего не сказал. Я не знаю, откуда у него в памяти история Фойры - это очень старая история, произошедшая еще до его первого вылета!
Даруа задумался, а потом улыбнулся и потрепал по холке вертящегося под ногами бараноеда:
- Знаешь, я думаю, корабли тоже имеют право на свои тайны!
18.11.02 - 29.12.02