вторник, 24 января 2012 г.

Микки по прозвищу Крокодил

Микки
«Микки» на Яндекс.Фотках
Жил-был Мика…
Само слово «жил» какое-то время было для него  не вполне реальным. В значительной степени, из-за меня. Это я подумала, что нашей овчарке Янде не хватает друзей. Незадолго перед этим не стало маленького песика Тошки, с которым она выросла. Мне показалось, что Янда скучает, я отправилась на рынок и принесла Мику.
Микой он стал не сразу. Когда я увидела этого щенка (а я искала похожего на Тошку), мне что-то долго объясняли про его родителей. Я не очень внимательно слушала, да и слушать особо было нечего. Это не родословная, а устное народное творчество! Если там кто-то и был из приличных, то, скорее всего, такса, потому что больше всего Микки был похож на представителя этой охотничьей породы.
Когда мы принесли его домой, то долго разглядывали, пытаясь подобрать имя. Незадолго пред этим мы смотрели австралийский фильм «Крокодил Данди». В фильме речь шла о смелом и ловком охотнике на крокодилов  -  Мике Данди. Щенок не очень был похож на смелого охотника, зато на крокодила очень даже смахивал! Туловище длинное, лапки короткие и кривые, хвост длинный – вылитый крокодил. Но кличка «крокодил» собаке не очень подходит. Поэтому щенка назвали Микки в честь  охотника Крокодила Данди. Два в одном: говорим Микки, подразумеваем Крокодил.
Черный с  рыжими подпалинами вначале, Микки постепенно стал серым, потому что кто-то из его родителей точно был светлым. Стоячие ушки на краях обвисали. На шее имелся белый галстучек, а лапки внизу были рыжими.
 Словом, Микки мне показался неописуемым красавцем! Но только мне, потому что Янде он не понравился. Янда была не просто овчаркой, она была кавказской овчаркой. Короткошерстной, как мне объяснили «степной», но большой и серьезной рыжей собакой.
Маленького Тошку она любила, потому что это он учил ее лаять и гонять кур. И вообще он был ее героем! А новый песик имел другой запах, иначе выглядел и к тому же, хозяйки принесли его на руках. Все признаки врага.
Но Янда не стала рассказывать всем, как сильно она невзлюбила новичка. Она  просто выждала момент, когда песик, знакомясь с новым домом, спустился с крыльца, припала к земле, а потом рванулась… Вообще-то, собака была привязана. Но металлическая цепь не выдержала рывка  и лопнула. Потом я снимала ее, висящую высоко над землей, с ветки старой груши, причем, карабин был просто разворочен. Отделявшие Янду от крыльца несколько метров, она пролетела пулей, а потом схватила Мику в зубы и встряхнула. Не помню, как я оказалась рядом, не помню, как отняла несчастного щенка. Песик лежал, как мертвый, глубокие раны от клыков виднелись у него на теле в нескольких местах.
Ветлечебница у нас тогда имелась только одна, и добираться туда, на другой конец города, надо было несколькими видами транспорта.  И тут я вспомнила, что накануне соседка принесла маме книгу «Слушаю свои руки», где вроде бы рассказывалось о новом виде лечения. Я схватила книгу и, наскоро пролистав, поняла только, что над пациентом надо водить руками.
Мы, по очереди сменяясь с мамой,  просидели над Микой до ночи. Утром он все еще был жив, и мы продолжили, а через два дня  щенок встал и, как ни в чем не бывало, пошел к своей миске. Вот только лаять он долго не мог. Переломанные ребра что-то повредили внутри. Он молчал-молчал, а когда все-таки начал лаять, голос у него оказался слишком низким для такой маленькой собаки и немного хриплым.
Тот, наш первый сеанс бесконтактного лечения я запомнила надолго: мы так старались спасти Мику, что несколько дней после этого и у меня, и у мамы болело сердце. Побочные эффекты.
Самое удивительное, что через некоторое время Янда и Микки сделались закадычными друзьями. Очень забавно было наблюдать, как Мик  вперевалочку гордо шествует через двор к воротам, а за его спиной возвышается грозная кавказская овчарка.
Из-за происшествия в детстве Микки сделался невероятным трусом. Самая любимая его позиция – это сидеть у меня на руках и оттуда разъяснять всем окружающим, кто здесь властелин мира. Иногда он просовывал нос в подворотню, чтобы полаять на прохожих, но очень осторожно. И все-таки, не уберегся. Он как раз выглядывал из-под ворот, когда кто-то выгуливал на улице без поводка немецкую овчарку. Овчарка увидела торчащий из-под ворот нос Микки и ринулась в атаку. Бедный песик страшно испугался. Его сегодняшняя защитница Янда была привязана далеко от ворот и помочь ничем не могла. Он начал в страхе выбираться из подворотни, чуть не застрял, поцарапался, и с громким визгом бросился бежать в дом.
Происшествие застало меня неподалеку от Янды, которая, встав на дыбы, рвалась разобраться с обидчицей друга. Мик промчался мимо нас, не разбирая дороги, взбежал по ступенькам и, продолжая верещать, влетел в дом. Я подумала, что чужая собака искусала его! Мик пробежал через все комнаты в спальню моей мамы, нашел ее сидящей возле швейной машинки и, не переставая хныкать, забился под ниспадающую до пола мамину юбку.  Я прибежала следом, вытянула пострадавшего, принялась осматривать… и не нашла ровным счетом ничего! Он просто испугался.
Мою маму Мика любил больше всех. Когда он утром начинал объяснять всем, как несправедлив к нему мир, и как сильно хочет кушать бедная маленькая собачка, никакие подачки не могли его ублажить. Он мгновенно съедал подношение, окидывал льстеца презрительным взглядом и опять шел под мамину дверь, чтоб там поскулить и пожаловаться на всеобщую жестокость.
Самый тяжелый период для меня наступил, когда я вышла замуж, и мой муж Альберт стал жить с нами. Он не привык к собакам, в его семье животных не держали. Теоретически он знал, что собак надо дрессировать. На самом деле, собак обычно дрессируют. Все мои собаки знали по нескольку самых распространенных команд. Все, кроме Микки. Когда один единственный раз в жизни я попыталась научить Мику сидеть по команде, он убежал он меня к маме, спрятался под ее юбку и отказался брать у меня самый лакомый кусочек. Обиделся. Больше я его дрессировать не пыталась.
Но Альберт был полон энтузиазма. Его глубоко возмущал тот факт, что Микки без конца получает лакомые кусочки просто так, ни за что. Дворовая собака работает, она на службе, а Мик отлеживается под столом и то и дело клянчит подачки.
Альберт решил научить Микки прыгать через препятствие. Он взял швабру, наклонил почти к самому полу, показал Мике кусочек лакомства и сказал «барьер». Мик понял, что его спокойной жизни пришел конец. Конечно, только глупцы будут скакать через швабру, чтобы что-то получить! Мик себя глупцом не считал. Он посмотрел на Альберта и ничего не сказал. Но подумал: «Сам прыгай, если тебе надо!» Альберт подумал, что собака не поняла, что надо показать и попытался перетащить Мику через ручку швабры. Вот тут Мик заверещал так, словно с него живьем шкуру снимали! Я примчалась с другого конца дома и обвинила мужа в том, что он мучает мою собаку. Напрасно Альберт оправдывался, что он всего лишь хотел научить животное прыгать по команде. Мик жался ко мне и всем своим видом показывал, чтоб над ним садистки издевались.
Да, нам определенно было не скучно, потому что Мик принялся ябедничать на Альберта при всяком удобном случае. Визг стоял по поводу и без повода. За отдавленный хвост и отодвинутую миску месть была одинаковой: Микки поднимал крик, сбегались хозяйки, и Альберту опять приходилось объяснять, что хвост был разложен на проходе, миска попала под ноги случайно и, вообще, ничего плохого в виду не имелось.
Альберт называл Мику Паниковским, но, как ни забавно, постепенно они крепко сдружились. Альберт перестал его дрессировать, а Мик перестал истошно голосить при каждом удобном случае.  Отпихивание собаки с дороги уже не считалось преступлением против гуманизма, а тихое похрустывание лакомством все чаще означало, что Альберт что-то сунул Паниковскому. Ну, не всем собакам быть Мухтарами, не постиг Микки азов дрессировки!
Зато с некоторого времени Микки стал предпочитать мужское общество женскому. И вот уже они вдвоем: хозяин и собака неспешно прогуливались по двору, осматривая, все ли в порядке.
Как ни странно, именно Мик послужил прообразом упрямой собачонки Микки из моего рассказа «Меню для Фойры». Несмотря на всю свою трусость, желая меня защитить, Мик рявкал, на кого угодно.
С кошками Микки не ладил. Его рост не вызывал в них уважения, поэтому с чужими Мик был беспощаден, а со своими при случае суров. И только, когда Мик состарился настолько, что зубы у него очень сильно сточились, а то и повыпадали, вот тут и наступила страшная кошачья месть. Два подросших котенка нашей Муськи, великовозрастные балбесы, нередко выталкивали старика с его подстилки, не обращая внимания на его жалкие попытки куснуть их почти беззубыми деснами. Самым рьяным защитником Микки тогда стал Альберт. Два кошачьих охламона немедленно прогонялись, и счастливый Мика снова воцарялся на своей любимой лежанке.
К сведению тех, кто не в курсе, спектр собачьих болезней, временами напоминает человеческий. К старости Мик страдал артритом, а потом умудрялся какое-то время не замечать опухоль. И все-таки, пятнадцать лет – нормальный срок для собаки. Он на пять лет пережил свою громадную подругу - кавказскую овчарку Янду. В могилке у старого дерева мы прикопали вместе с ним несколько его любимых печенюшек. Он, единственный из всех собак,  в канун своей смерти регулярно снится мне, и тогда собаки и кошки радостно поедают печенье в память о Паниковском – странном псе, который не любил дрессировку, но владел ключиком от человеческих сердец!
Январь 2012
w/405270/ , /div div class=

Комментариев нет:

Отправить комментарий