понедельник, 14 апреля 2014 г.

Алина Болото О транспортном пилоте и сиротке Марысе. Глава 18

18
Нина вдруг пронзительно взвизгнула и вытянула руку в указующем жесте:
- Что это?!
По узенькому, ведущему к арене, мостику двигалось нечто бурое, шестилапое, размером с хороший контейнер  для корабельной кухни. Двигалось неторопливо, потому что с двух сторон его придерживали за накрученные на лапах веревки два дюжих молодца. Примерно на середине мостика люди одновременно отпустили веревки и кинулись назад. 

- Сахитель! – спокойно сообщил Павел. – Хищник с Юноны.
«Хищник с Юноны» ступил на арену и задумчиво оглядел собравшихся восемью небольшими глазками, расположенными по обе стороны головы. Глазки обладали автономией: каждый их них сидел на своем стебельке и обозревал потенциальных жертв под своим собственным углом наклона.
- Мы должны его убить? – слегка отступая назад, с сомнением спросил Мишель.  – Он не кажется безобидным!
- Это он должен нас убить! – возразил Павел. - Судя по всему, наша смерть должна стать апофеозом концерта.
- Мужчины, сделайте же что-нибудь! – истерически вскрикнула Нина.
Мужчины  не спешили прислушиваться к совету, а сахитель не торопился нападать. Похоже,  ему самому не слишком нравилась его роль, и он шагнул было на мостик, явно намереваясь вернуться обратно, но из проложенных по дну рва трубок полыхнуло пламя, и сахитель передумал. Пока люди жались друг к другу на одной стороне арены, хищный  шестиног,  по очереди подогнув все шесть лап,  улегся на брюхо на второй.
- Да он не голодный! – успокоил Валиев. – У него усы отвисли! У голодного они кверху торчат.
Сахитель посмотрел одним глазом на пламя, остальными на сгрудившихся людей, и усы у него неожиданно взвились кверху.
- Садимся и сидим тихо! – быстро предложила Марыся. – Эти твари реагируют на резкие движения. – Всем сесть!
Люди дружно опустились  на арену, сахитель с недоумением понял, что жертва вдруг резко уменьшилась в размерах, и с надеждой посмотрел в сторону парящих под куполом кресел. Возможно, он бы попробовал за ними подпрыгнуть, но тут зрители громко засвистели, и с импровизированной трибуны в зверя полетел первый камень. Второй попал сахителю в бок, зверь подскочил и забегал по арене, тревожно посвистывая и вскидывая то и дело усы.
- Сидеть! – сдавленно прошипела Марыся, но, когда сахитель едва не наступил на девушек, Нину охватила паника. Пронзительно вскрикнув, танцовщица попыталась вскочить, чем немедленно привлекла внимание зверя. Сахитель остановился и повернул к потенциальной жертве безволосую морду.  Трибуны радостно взревели, но Павел ловким броском метнул в хищника скрипку,  сахитель  на лету схватил инструмент и щелкнул челюстями. Раздавленная скрипка тихонько хрустнула.
- Сядь! – Павел рванул Нину книзу. Остальные артисты, закрывая руками головы, сбились в кучу, словно надеясь, вжаться в арену и исчезнуть.  Сахитель дожевал скрипку, трусцой подбежал к людям и начал с интересом ощупывать их возбужденно подрагивающими усиками.
- Дар, твой выход! – Марыся внезапно с силой вытолкнула из группы Ватиша так, что тот оказался почти под ногами зверя. Сахитель на секунду замешкался, потянулся к жертве, но Даруа мгновенно вцепился в уставленный на него глаз. Сахитель ударом лапы, сбил нападающего  с головы,  но даже опрокинутый на спину Ватиш умудрился ногой пнуть его во второй глаз, а руками схватиться за морду хищника, мешая открыть пасть.
Пока сахитель утюжил арену Даровой спиной, Марыся воспользовалась тем, что голова зверя была опущена, сделала великолепный прыжок и оказалась сидящей на короткой толстой шее. Сахитель отвлекся от Даруа, чтобы попытаться сбросить наездницу, а в это время спокойно наблюдающий за поединком Павел подскочил и всадил металлический шип в брюхо хищника.
Сахитель рявкнул, взвился на дыбы, размахивая в воздухе двумя парами лап завалился назад, и всей тушей рухнул с арены в пламя рва. И тут остолбеневшие зрители увидели, как зависший над спиной зверя в воздухе Павел сдергивает Марысю с шеи сахителя, и они вдвоем приземляются на арену!
Трибуны разразились криком и оглушительными аплодисментами.
- Пу-стын-ники! – скандировали зрители.
- …ю! – громко произнес  Дар, что обычно делал не часто. Мало того, что эти двое  только что парили над ареной, так еще и он сам выделывал пируэты в воздухе, в полуметре над ковротом, потому что стоять не мог.
- Пустынники! – ревела пещера.
 Зрители из первых рядов бросились было к арене, но тут откуда-то из боковых переходов появились вооруженные люди в скафандрах, а из парящих над ареной летучек на артистов и зрителей хлынул поток пены. Пламя во рву полыхнуло в последний раз и опало. Несколько выстрелов оборвали рев опаленного сахителя, и туша его неподвижно застыла во рву. Сбитый струей пены Даруа свалился на арену, рядом с уже спустившимися Павлом и Марысей, а четверо остававшихся на арене людей шарахнулись от своих бывших товарищей по несчастью не хуже, чем от сахителя.
Люди в скафандрах оттеснили зрителей и оцепили арену, направив на толпу дула излучателей. По мостику уже бежали вооруженные люди. Один за другим они хватали пленников и волокли прочь с арены. Никто не пытался сопротивляться, но люди в скафандрах то и дело тыкали дулами в спины артистов, заставляя их почти бежать.  Нина на ходу тихонько всхлипывала, остальные молчали, кое-как растирая по себе клочья пены.
Даруа почему-то подумал, что их вернут в камеры, но оказался не прав. Они миновали поворот на тюремный уровень и оказались в длинном, вырубленном в скале коридоре, пол которого спускался под уклон. Метров через сто пятьдесят коридор закончился массивной бронированной дверью. Покрытая  пятнами ржавчины, с проржавевшими заклепками она явно простояла здесь не одно десятилетие.
Артистов поставили перед дверью в шеренгу, охранники выстроились напротив. Через гермошлемы не очень-то различались выражения лиц, но Даруа готов был поклясться, что охрана с нетерпением ожидает приказа.  Неужели им платят расстрельные?
Мишель переглянулся с братом.
- Что-то у меня дурные предчувствия, - тихо сказал он, кивая в сторону излучателей.  – По-моему, концерт им не понравился! Валиев, вы бы поговорили с ними!
Но тут, громко шурша подолом, появилась давешняя дама, успевшая за это время сменить пурпурное одеяние на желтую сутану. Вот тут-то Даруа, наконец, вспомнил, где ее видел. Это она сидела за соседним столиком, когда взорвалась гаярдовая фишка! И партнером ее в концертном буфете был как бы не сам Джо!  
При более близком рассмотрении эта дама оказалась куда более представительной, чем желтосутанный проповедник из гостиницы. Пышная грудь, переходила в колоннообразную шею, увенчанную маленькой головой. На широком лице, отчетливо выделялись сложенные «бантиком» губы и тщательно нарисованные брови – все остальное внимания не привлекало. Прическа определенно  напоминала хохолок попугая – так как была взъерошена и зафиксирована в  момент опускания прядей. Цвет волос: давно крашенная блондинка. Да,  еще одна деталь: четко отделенный складками от остального лица подбородок. Даруа смотрел так внимательно, словно собирался немедленно описывать портрет любительницы гладиаторских боев представителям межпланетной полиции.
Над массивным плечом дамы торчала голова Джо. Дама придирчиво осмотрела пленников.
- Ты уверен, что это Пустынники? –спросила она  Джо.
- По всем признакам, мадам Тагша! – с плохо скрываемой гордостью отрапортовал Джо.
- Ну что же, будем проверять дальше! – заключила хозяйка.
©Алина Болото "След Фата-Морганы" 2012 год

(продолжение следует)

Комментариев нет:

Отправить комментарий